Книга Няня в стране чудес, страница 3 – Марина Орлова

— Живу, — усмехнулась я, запоздало подумав, что девчушка может подумать совсем не о ближайшем участке. Так и оказалось.

— А я знала, что русалки живут в реке, — серьезно кивнула она со знанием дела. Меня стала забавлять ситуация. — А папа мне не верил, — поделилась она со мной. — Можно, мы придем с ним завтра, чтобы он тоже тебя увидел? — оживилась она, пылая желанием доказать родителю свою правоту.

— Я не русалка, — улыбнулась я, чтобы смягчить ситуацию и не сильно огорчать маленькую девочку. При лучшем рассмотрении она оказалось удивительно хорошенькой: большие голубые, любопытные глазищи, аккуратный, вздернутый носик, пухлые щечки и ротик бантиком. Ну, разве, не прелесть? Добавьте к этому копну золотистых кудрей, и передо мной стоял настоящий ангелок.

— А-а-а, — протянула она важно. — Это секрет, верно? Я никому не скажу, обещаю, — горячо зашептала она, подходя ближе, внимательно меня рассматривая.

— У меня ноги, — ткнула я пальцем в свои нижнее конечности, в попытке отстоять свою принадлежность к хомо, который сапиенс. Мой, казалось бы, убедительный аргумент, не прошел.

— А я видела в мультике, что когда вы не в воде, у вас вместо хвоста ноги отрастают, — с профессорским видом покивала она.

Обреченно вздохнула и мысленно махнула рукой. Ну, русалка и русалка. Меня и хуже обзывали, так что жабры меня вряд ли испугают.

— Хорошо. Ты меня раскусила, — вздохнула я. — Я — русалка, но об этом никто не должен знать.

— Совсем-совсем никто? — надула она губы, перебирая мои мокрые кудри.

— Совсем, — бескомпромиссно кивнула я. — Где твои родители, ребенок? Почему ты гуляешь тут одна? — перешла я к главному.

— Дома, наверное, — грустно пожала она хрупкими плечиками. — Я часто гуляю здесь. Мне нравится сидеть тут.

— Одна?! — поразилась я, мысленно перечислив сколько всего могло случится с одиноким ребенком, в таком глухом месте. Ко всему прочему, на реке! Что это за родители такие, что позволяют маленькому ребенку гулять в одиночестве?!

— Нет! Мы часто бывали здесь с папой. Иногда с няней тут гуляли. Одна я боялась сюда приходить, — от ее слов я немного успокоилась, решив, что звонок в органы опеки пока ждет.

— А сейчас почему не испугалась?

— Меня дом пугал. Тот, что был заброшен. Мне кажется, там были приведения! — я не выдержала и хрюкнула, но видя серьезный и даже обиженный, моей реакцией, вид девочки, призвала себя к порядку. Ну, не умею я с детьми общаться! Нет у меня такого опыта. — А сейчас он изменился. И уже не такой страшный.

— Это мой дом. Теперь я там живу.

— Правда?! — восторженно захлопала она в ладоши. — А ты разве не должна жить в реке?

— В реке много тины, пиявок, а по ночам холодно и мокро. Куда разумнее жить в теплом доме, — подмигнула я. — А еще рыбы очень дразнятся, — доверительно прошептала я, невольно принимая правила игры. — Поэтому я нашла этот заброшенный дом, отремонтировала и поселилась в нем. Ты разве не видела процесса ремонта? Мне казалось, это было громко, — задумчиво нахмурилась я, вспоминая, какой мой ремонт создавал шум по всей округе. В строительных фирмах этого города я не очень разбиралась и наняла рабочих в первой попавшейся, у которой в интернете было достаточно положительных отзывов. Как результат — я не знала, что производило больше шума: перфоратор и строительная техника, или сами рабочие. Но ремонт вышел славный, этого не отнять.