Книга Няня в стране чудес, страница 66 – Марина Орлова

— Не будь занудой, — примирительно улыбнулась я. — Хочешь, кофе сделаю?

— Не хочу, — нахмурился он и отодвинул ящик стола. Через секунду на стол рядом со мной упал плотный конверт. Я вопросительно посмотрела на Сашу. — Взгляни.

Села на кресло напротив мужчины, закинула ногу на ногу, заметила, что муж проследил за открывшейся коленкой и довольно улыбнулась.

В конверте были фотографии и напечатанный текст на листе бумаги. Прочитала текст и заливисто засмеялась, откинувшись на стул.

— Смешно тебе? — хмуро уточнил Саша, наблюдая за моей истерикой. — А вот мне не очень. Меня шантажируют! Тобой!!! — рявкнул он, но не испугал, а вызвал новую порцию хохота. Через минуту, кое-как отдышалась, вытерла выступившие слезы, изредка хихикая и все же взглянула на фотографии.

— Ты уже нашел несчастного? — спросила я, вертя в руках фото.

— Конечно, нашел. Уже отдал необходимые распоряжения, — буркнул он.

— Жаль, — вздохнула я и недовольно скривила губы. — Нужно было ему руки сломать за такие фотографии. Только посмотри, какая я тут толстая! Кошмар! — ткнула я фото под нос Саше. — Раз уж взялся шантажировать, так хоть фотографировать бы научился правильно! — проворчала я, откладывая фотографию в сторону.

— Тебя только это волнует? — возмутился мужчина, с удивлением на меня поглядывая.

— А что еще? — не поняла я. — А вот эту, пожалуй, я оставлю на память, — довольно улыбнулась я, видя, что сверху смотрюсь очень эффектно.

— Меня шантажировали фотографиями, где я с любовницей и грозились показать их моей жене! — нервно всплеснул он руками и развязал галстук.

— Ну, и что? «Любовница» на фото — я. Чего мне переживать? Вот будь на фотках другая баба — другое дело. Ты бы познал все грани моей истерики и возможности скандалистки, — спокойно пожала я плечами. — Шантажиста ты уже наказал, мне не изменяешь, так чего мне парится? — вскинула я бровь. — Разве что скинуть пару кило не помешало бы, — поджала я губы, скосив глаза на ненавистное фото. — Ну и впредь жалюзи не забывать закрывать в кабинете, хотя я принципиально не понимаю, как на такой высоте умудрились сделать фото.

— С соседнего здания фотографировали, — проинформировали меня.

— И не поленились же, — подивилась я чужому упорству. — И денег не то, чтобы много просили за свои усилия. Дилетант!

— Ты не выносима, — простонал мой муж.

— Потому что так тебе и надо, — серьезно кивнула я, пряча хитрую улыбку. — Сам такую выбрал, — показала я ему язык, и с визгом припустила на выход из кабинета, видя, что у мужчины сдали нервы и лопнуло терпение.

Меня поймали, подхватили на руки, закружили и опустили на диван, карая щекоткой. Изверг!

— Хватит, хватит, стоп! — молила я. — Нам еще ехать на праздник сегодня. Не мни одежду! — коварно бросала я аргументами и они, как всегда, подействовали.

— Совсем забыл, — поморщился он. — Во сколько мы должны быть? — я посмотрела на наручные часы и ответила:

— Через два с половиной часа.

— Значит… — стал он ко мне наклоняться с хитрой улыбкой, забираясь рукой под подол.

— Не значит! — шлепнула я ему по руке, и на меня обиженно посмотрели. — Нам еще Владьку из садика забирать, — напомнила я.

— Точно, — грустно вздохнул Саша.

Я уже говорила, что меня собирались отправить в декрет? Так вот, Владька, в миру Владислав Александрович — наш сын и неудачная попытка отправки жены в декретный отпуск. А все потому, что я из своей природной мерзопакости, проработала до самых родов, а на смену себе оставила… гея. Уже через три месяца муж взмолился, чтобы я вернулась обратно на работу, хотя бы на полдня. Но я мучила его до полугода малыша, пока не перестала кормить грудью. Потом великодушно вернулась, оставив сына на попечение нашей няни. Маши, кстати говоря, жены моего рыжего друга детства.