Книга Со вкусом яда на губах, страница 22 – Марина Орлова

— У нас осталось минут десять, — разрушила она его надежды одной фразой. — Не беспокойтесь, я побуду с вами. Умирать в одиночестве обычно невыносимо…

Мужчина взвыл, но на деле, лишь захрипел от отчаяния.

— Вероятно, вы не понимаете моих мотивов и поступков. Ощущаете себя преданным, — с грустной улыбкой, произнесла она и подняла вуаль, открывая свое лицо. — Я не успею рассказать вам все, но постараюсь открыть столько, сколько смогу за то время, что у нас осталось, — вздохнула она. — Вы достойны того, чтобы узнать правду, хотя едва ли она принесет вам мир перед кончиной. Когда я узнала все в деталях, мне было невыносимо больно… — поделилась она, опустив взгляд от тяжелых воспоминаний. — Но не будем терять времени, — выпрямилась она. — Начнем с того, что шрамы, которые вы видели вчера, нанесли мне не наги, — быстро проговорила она, а затем на мгновение стихла. — Их оставили покойная королева и мой брат.

Девушка сделала небольшую паузу, давая мужчине возможность осмыслить услышанное, а после продолжила:

— Вы думаете, что я вру, — не спрашивала, а утверждала она, видя это недоверие в покрасневших и воспаленных глазах своего молчаливого собеседника. — Увы, но это — правда. Вначале, я сама не понимала, почему мать так ненавидела меня, а после ее гибели, отец объяснил причину. К несчастью, Эрик подслушал тот разговор и так же узнал правду, потому продолжил начатое его матерью вплоть до вторжения нагов на территорию монастыря, где и принял свою кончину, не успев забрать меня с собой, — она внимательно всмотрелась в лицо мужчины, а затем снисходительно кивнула: — Вы не ослышались. Эрик рвался в монастырь в тот день не для того, чтобы спасти меня от Ситхииса. Он хотел убить меня, чтобы я не досталась нагам. Но не для того, чтобы сохранить мою честь, а из куда более личных и корыстных мотивов. Брат любил меня. Вот только его любовь была сродни пытке. Это не та любовь, которая может быть к родной сестре, и нечто большее, чем ненависть к врагу. Бедный Эрик долгие годы терзался противоречивыми чувствами, которые выливались… — она осторожно коснулась самого большого шрама на своем боку сквозь ткань платья. И Айсон точно помнил, что там был длинный и уродливый шрам от ожога. — В это. Они заклеймил меня, — говорила она с легкой улыбкой на губах, но в душе девушки все содрогалось от тяжелых воспоминаний.

И, несмотря на искренность, в которой он не сомневался, герцог не мог… не хотел верить в ее россказни. Эрик — был его принцем, учеником и другом. Он сам, своими глазами видел, с каким обожанием принц смотрел на свою сестру… Он не мог быть так жесток к ней.

— Все дело в той правде, которую открыл отец. Для того, чтобы понять ее, придется вернуться на два десятилетия назад. Когда полномасштабной войны между людьми и нагами не было. Именно тогда в небесном пантеоне что-то произошло и жрец, ответственный за метки истинных пар, куда-то исчез. В ту пору по всему Аргардиуму прошлась волна смешанных межрасовых пар. Прежде метки появлялись лишь среди своего вида, но не в тот год. Кто-то смирился и смог принять свои пары, как должное, а кто-то… нет, хотя бы по причине несовместимости. Как известно, у людей нет метки истинных и они очень редко выбирают себе в спутники жизни кого-то из других рас. А если подобное и происходит, то лишь с близкими по физиологии расами. Наги к таким не относятся, — добавила она очевидное. — Так уж вышло, что мой отец, во времена своего дипломатического визита в страну нагов, для поиска компромисса в начинающемся конфликте, был признан истинной парой одной из нагинь. Отец уже был женат и даже имел наследника, но по какой-то причине все же лег с нагиней, — вздохнула она.