Книга (Не)естественный отбор, страница 104 – Наталья Бутырская

— Конечно, нет, – быстро ответила девушка. Лей видел, что она поверила в его игру и явно сочувствовала туповатому беззащитному эльфу. – Но если ты жил у Дэна по доброй воле, тогда почему свидетели говорят, что ты звал на помощь?

— Ну, я… – эльф замялся, – и вправду звал на помощь. Не знал, как остановить потоп, и позвонить Дэну не мог, у меня ведь нет телефона. А насчет похищения… я думаю, что они не ожидали увидеть в квартире оборотня меня. В смысле, эльфа. Обычно же… – и тут Лей совсем смутился, замолчал и уставился в пол.

Оленька заторопилась перевести тему:

— А следы уколов на твоих руках? Это тоже ошибка?

— Я ведь жил на улице, Дэн боялся, что я мог заболеть, поэтому отправил мою кровь на анализы. А вдруг я что-то подхватил?

— То есть ты утверждаешь, что никто тебя не похищал, и гражданин Случайный был задержан по ошибке?

— Да, – эльф снова наклонил голову, – а Дэна скоро выпустят? Из-за меня у него столько проблем! И соседей залил, и в полицию попал…

Тут вмешался Сергей:

— Если ты или твои родители не будут подавать заявление, то его выпустят завтра, после решения следователя.

— Ой, как здорово! – обрадовался Лей. – Значит, завтра я смогу извиниться перед ним?

— А вот это вряд ли, – отрезал лейтенант. – Если мы не сможем отыскать твоих родителей, то тебя перевезут в ЦВИНП, а оттуда – в детский дом.

— Как? – жалобно захлопал ресницами подросток. – Зачем в детский дом? Я не хочу!

Оленька, наконец, нащупала знакомую нить и наставительно сказала:

— Так полагается. Ведь нельзя, чтобы ребенок жил на улице или у незнакомых лю… у незнакомых. В детском доме у тебя будет своя кровать, появятся друзья, ты сможешь ходить в школу. Это гораздо лучше, чем жить где-то в подвалах.

Лей отвернулся и тихонько заплакал. Оленька вдруг тоже расчувствовалась, зашмыгала носом, зашебуршила в сумочке, учительша же спросила, где ей расписаться, и поторопилась уйти.

Первый акт игры был закончен.

— Ну что, поехали? Поживешь какое-то время в ЦВИНП, а потом, если не найдем твоих родных, тебя переведут в детский дом, – преувеличенно жизнерадостно сказала Оля на следующий день.

— А что, есть детские дома для эльфов? – наивно спросил Лей. Он знал правду, но решил лишний раз надавить на чувство вины у девушки. Ему повезло, что она была совсем молоденькая и неопытная.

— Н-нет, – протянула она, – поэтому я думаю, что мы сможем найти твоих родственников. Бабушку или дедушку.

Лей все время держал в голове тот возраст, на который он выглядел по эльфийским меркам. Не двадцать лет, а восемьдесят два года. Восемьдесят два. Документы о его рождении могли затеряться, но, как и говорила девушка, родные у него должны были остаться.

На секунду ему вдруг захотелось рассказать Оле все, что он знал о себе, ведь тогда он и вправду сможет найти семью. У него появится настоящая бабушка, которая будет любить его и заботиться. Ему больше не придется ловить взгляды и угадывать чужое настроение, он перестанет по ночам просыпаться от кошмаров, в которых друзья уходят от него и больше не возвращаются. Как родители.

Но Лей помнил, что он все же урод. Как примут его незнакомые эльфы? Как отнесутся к его стремительному взрослению? Да и эльфийская бабушка – это не то же самое, что человеческая. Ей может быть от двухсот до четырехсот лет, и она будет выглядеть как тридцати-сорокалетняя женщина, то есть, конечно, уже не молоденькая девушка, но и не морщинистая старушка в пуховой шали, и она не будет пахнуть хвойным мылом, не будет печь вкуснейшие сливовые пироги или вязать теплые колючие носки, как это делали бабушки в деревне, где он жил в детстве. Кроме того, почему-то же его родители сбежали из семьи, и вряд ли строгие церемониальные эльфы с радостью примут их ребенка.