Книга Сага о Годрланде, страница 87 – Наталья Бутырская

— Альрик умер перед тем, как Кай ударил его топором, — мягко сказал Тулле. — Кай не хотел, чтобы он жил измененным.

— Ладно. Сделаем, как сказал Свистун. Вепрь, приготовь Альриковы доспехи и меч. Херлиф, пойдешь завтра на пристань и купишь добрую лодку. Рысь, ты с Хальфсеном купишь дрова, масло и побольше богатых украшений. Хоронить будем за городом, у моря. Надо у Милия поспрошать, может, тот знает подходящее место.

— Выпустят ли нас из Гульборга с мертвецом? — засомневался Коршун.

— Я схожу к Пистосу, узнаю, как оно тут. Но уже с утреца, а пока…

В этот день мы разошлись спать без вина и громких речей. Всё это будет, но уже после того, как мы попрощаемся с первым хёвдингом снежных волков.

* * *

Погребальный костер поднимался до небес, опаляя жаром наши лица. Щедро облитая маслом лодка вспыхнула мгновенно, и Альрик скрылся из виду за языками пламени. По настоянию Вепря мы не стали надевать на него кольчугу и шлем, положили броню рядом с мечом, зато не пожалели серебряных и золотых украшений. Пусть Фомрир видит, что к нему идет не голытьба какая-то, а крепкий воин, добывший немалые богатства! Я и браслет Дагны отдал.

Кроме ульверов проводить Беззащитного вызвались и другие. Феликс Пистос помог не только вынести мертвеца за городские стены, но и предложил показать подходящее место для могилы — в полудне пути от города, на вершине холма, откуда видно море. Земля там для пахоты непригодная, и трава скудно растет, потому никто на тот холм не зарится. Альрик сможет лежать спокойно, никем не потревоженный.

Милий тоже напросился с нами. Хоть ни Пистос, ни Милий не видели нашего хёвдинга, но они знали о нем, знали, что мы прибыли сюда, чтобы вылечить его. Хотевита с Дагной я поначалу звать не хотел, да Вепрь настоял. Негоже Альрика столь малым числом провожать, а Жирный с невестой всё же были с ним знакомы. Еще Хальфсен сумел отыскать Болли с Трехруким Стейном, и те пришли проститься с достойным нордом, погибшим на чужбине.

Когда пламя догорело, мы переложили прах в вырытую яму, укрыли полотном и засыпали землей. Сверху привалили огромный камень, который затащили на холм силами пятерых хельтов, чтоб никакой зверь, никакая тварь или жадный на поживу человек не смогли добраться до тела. Хоть мы и сожгли всё, но мне б не хотелось, чтоб кто-то вытащил из могилы оплавленное золото или железо. Тулле выбил на камне руны, которые должны помочь душе Альрика добраться до Фомрира, а Хальфсен с Пистосом добавили письмена на всех известных им языках, что здесь покоится славный хельт с Северных островов по имени Альрик Беззащитный.

Это были достойные проводы. Я бы хотел, чтобы меня после смерти положили в похожем месте. Чтобы с моей могилы открывался большой простор, чтобы над головой было только небо, неподалеку плескалось море, со всех сторон обдувал ветер и громко кричали птицы.

Потом мы вернулись в Гульборг и справили добрую тризну.

Болли приволок бочонок особого вина, которое обжигало глотку и дурманило голову. Лавр, наш раб, расстарался с угощением. Мы вспоминали поступки Альрика и большие, и малые, вспоминали и смешное, и грустное, и отчаянно доблестное. Милий толком не ел и не пил, пересказывая наши речи Пистосу, а тот, видать, только сейчас начал понимать, что такое норды. Дагна поведала о том, как мы ловили морскую тварь на Халле Рыбака. Вепрь — как Альрик ушел из торговцев и стал хёвдингом. Я — всю свою историю, начиная с Роальда и Торкеля Мачты и заканчивая убийством самого Скирре. Херлиф вместе с Рысью рассказали про драугров, а Дударь — о вражде со Скирикром. Трехрукий Стейн вспомнил о поединке Альрика с иноземцем, с ног до головы закованным в железо. Даже Хотевит произнес несколько слов, правда, больше о торговых умениях Беззащитного, чем о боевых, но он же купец, к тому же живич. Откуда ему знать, что стоит восхвалять в мужчине?