Книга Граничный Орден. Стрела или Молот, страница 70 – Наталья Бутырская

Его сиятельство подошел к одному из шкафов, вытащил толстенную книгу, быстро пролистал до нужной буквы. Его палец застыл на одном месте.

— Карницкий… Есть такой, — граф вдруг растерял желание спорить. — А я ведь слышал о трагедии, настигшей вашу семью. Значит, вы решили пойти в Граничный орден? Что ж, теперь мне хотя бы понятно ваше решение, но не слишком ли оно жестоко по отношению к вашему батюшке?

— Он дал мне свое благословение. К тому же недавно батюшка снова женился и осчастливил меня рождением сестры.

— Рад, искренне рад за него и за вас. Конечно, для вас подготовят комнату, достойную вашего титула, так же дам слугу, и обедать вы будете с моей семьей. Нужна ли помощь с гардеробом?

— Благодарю. Все необходимое у меня в здании Ордена, так что ваше предложение послать за вещами пришлось весьма кстати.

Граф позвал лакея, сказал, чтоб подготовили комнату для Карницкого, место для Марчука и послали человека в Орден. Тут же, в кабинете графа, Адриан написал записку, где сообщал о временном местопребывании и набросал список необходимых вещей, которые нужно передать с посланником.

Уже через полчаса Адриан рассматривал небольшую комнату, где было все необходимое для удобного проживания: и кровать с занавесью, и столик с письменными принадлежностями, и шкаф с плечиками для одежды, и настенное зеркало. На тумбочку возле кровати служанка поставила таз с водой для умывания и полотенцем, сказала, что господа вечеряют обычно в семь часов.

Карницкий снял верхний сюртук, наскоро ополоснув лицо и руки, посидел за столом, а потом решительно направился вниз, в черные комнаты. Марчук обнаружился в длинной узкой каморке, заставленной лавками да ларями под ними. Здесь вповалку спала вся мужская дворня, кроме тех, кому в дом вовсе заглядывать запрещено: конюшим, садовникам, дворникам и скотникам. Да, в Ордене жильем не особо баловали, бессемейным давали крохотные комнатки, где и развернуться толком негде, но это всё же был свой угол. А здесь придется спать с храпящими и смердящими слугами.

Адриан уже хотел было предложить Марчуку ночевать в его комнате, пусть и на полу, но тот отказался.

— Так даже лучше, — сказал Аверий. — Легче с дворней говорить будет. Граф их, конечно, застращал, чтоб не проболтались. Но одно дело — на допросе смолчать, и совсем другое — не проговориться за несколько дней даже меж своими. Только мешок мой к себе забери, не хочу, чтоб по дурости пристрелили кого из арбалета.

Карницкий растерянно взял мешок.

— Как же? Мы действительно только три дня пробудем? А вдруг не успеем разобраться? Вдруг действительно после болезни у девочки умопомешательство случилось?

— Не успеем, так скажем, что еще побудем. Ты особо графа не слушай. Ему важно за собой последнее слово оставить, так и пусть оно будет. Если надо, поменяем. Ты вот что! Подружись с семьей Порываевых, а лучше с самой дочкой. Кивай ей, соглашайся во всём, улыбайся. Если вдруг про чужаков заговорит, так ты ее не пугай, понял? Лучше, если она сама признается, кто она есть.

— Это вы мне солгать предлагаете? — возмутился Адриан, но тут же примолк, завидев любопытные взгляды служанок, заглядывающих в комнату.

— Если сведения верные, значит, граф лжёт. Вряд ли твоя честь сильно отличается от графской. Не хочешь, так не лги, отвечай уклончиво. Ладно, иди. И сюда без причины приходить не след, веди себя сообразно.