Книга У нас проблемы, ваша мрачность, страница 69 – Сусанна Ткаченко

— А лично я даже рад окончанию раунда. Затянулся он. Я заскучал, — с лёгкой, словно привычной улыбкой признался златокудрый Аполлон.

Его лицо было удивительно правильным и спокойным. Почему-то с появлением Светлых меня потянуло на греческую мифологию. Одет он, правда, был вполне современно, но не по моде Маора, а скорее по земному: светлые льняные брюки, шлёпанцы через палец и лёгкая гавайская рубашка с принтом из пёстрых попугаев.

— Да неужели? Властер Гармонии — и заскучал? — приподняв тонкие брови, с явным скепсисом спросил Тенетес.

Ну точно! Серафим и есть Властер Гармонии. Он, будто услышав мои мысли, медленно повернул ко мне голову и заговорщицки подмигнул — точно так же, как делал это в образе добродушного старика. Только теперь в этом подмигивании было что-то пугающее.

— У меня тоже кое-какие дела не закончены, — деловито, без лишних эмоций, вставил огненно-рыжий поджарый мужчина в огненно-рыжей мантии, подпоясанной золотым шнуром. Его волосы были коротко острижены, а взгляд — острый и быстрый, как у хищной птицы. — Давайте по-быстренькому очистим доску и разойдёмся по своим делам.

Я насторожилась, и по спине пробежал холодок. В смысле «очистим доску»? Что это он имеет в виду? Хочет обнулить вражду и обняться? Или… что-то более радикальное? Может, очистить Маор от всего живого и вернуть ему первозданный вид? Фраза, звучавшая как деловая констатация, прятала в себе что-то безжалостное и окончательное. Эти слова мне прямо категорически не понравились, вызывали инстинктивный спазм страха где-то под ложечкой.

И Мирраж тут же отреагировал, словно почувствовал мою тревогу. Он решительно обнял меня покрепче и прижал к себе.

— Это мне решать! — громко и чётко объявил. — Сейчас я главный, а значит я устанавливаю свои правила. И в них у нас появляется новое действующее лицо — моя истинная. Не могу ничего объявить, пока она не выскажется.

Я затаила дыхание, внутренне сжавшись в комок. Сейчас посыплются возмущение, недовольство, начнётся спор, а то и что похуже — вспыхнет драка! Но, к моему глубочайшему удивлению, Мрачные почти синхронно кивнули, а Светлые уставились на нас. Точнее — на меня. Не с враждебностью, а с огромным нескрываемым, почти детским любопытством, как на редкую загадочную зверюшку.

— Да что ты говоришь, братец Мирраж! — воскликнул с неподдельным изумлением пепельный блондин с длинными, тщательно заплетёнными в косы волосами и в расшитой золотом белой тунике до пят. Лицо его было утончённым и бледным, а глаза большими и ясными, как горные озёра. На него у меня божества или героя из греческой мифологии не нашлось. Я бы обозвала его эльфом, если бы уши были остроконечные, а за спиной виднелся лук со стрелами. — Как интересно! И чего же хочет твоя истинная?

Я напряглась так, что челюсти свело. Действительно, вопрос на миллион. Очень интересный, а главное — вообще не понятно, как на него отвечать. От моего ответа сейчас может зависеть судьба этих застывших магов, да и вообще дальнейший ход событий. Мне срочно нужна пояснительная бригада, минут десять на раздумья и возможность отменить, если что-нибудь пойдёт не так.

Думай, Арина! Вспоминай всё, что знаешь, всё, что слышала от Мира. Соображай!

Мысли, словно испуганные птицы, порхали в голове и никак не могли сложиться в годную идею. Паника сжимала горло ледяными пальцами. Я обняла Мирража за талию и вцепилась в него, пытаясь не только найти опору, но и подать безмолвный отчаянный сигнал:я не могу ничего решать, не владея исходными данными! Я не знаю правил этой игры, не знаю, что в этом мире возможно, а что нет!