Книга Барыня Друидка, страница 2 – Елена Шатилова

Я повернула голову в сторону окна, из которого лился утренний свет, мягкий, золотистый, его ни с чем не спутаешь. Большое, обрамлённое светлыми лавандовыми портьерами. Вся комната была светлая, приятных глазу пастельных тонов, но прямо для типичной девочки. Я для себя предпочитала что-то похолодней и темней, под стать характеру, никогда не была нежной девочкой.

Странный сон.

Ко мне подошла ещё одна женщина и положила горячую руку на лоб. Красивое печальное лицо, не просто печальное, она глубоко переживала за меня.

— Как себя чувствуешь, Катенька?

Скривилась, никогда не любила, когда меня так называют. Катя, Екатерина, Катюха, да хоть Кэт, но не уменьшительно-ласкательные. Хотелось ответить стандартно «нормально», но обстановка не дала это сделать.

— Хорошо, — голос был сухой, скрипучий и чужой.

Я попыталась привстать, охватив взглядом остальных присутствующих. Чуть в стороне от двери молчаливо стояли ещё четыре девицы разных возрастов с разбросом, примерно от пяти до шестнадцати лет, все в похожих светлых платьях, аккуратные причёски, да и сами похожи на женщину, которая стояла рядом.

— Лежи, доченька, поправляйся. Не слушай папеньку, это он сгоряча так сказал. Найдёт тебя твой суженый. И правильно сказал верификатор, каждый дар ценен, — говорила, а у самой губы дрожали.

Пока не понимала, что происходит, поэтому просто закрыла глаза, может, проснусь.

* * *

Когда я очнулась в следующий раз, то сразу поняла — в самой ситуации всё по-прежнему. Единственное, что изменилось — я осталась одна в комнате. Перевернулась набок — всё та же странная винтажная обстановка, словно из фильма про девятнадцатый век. Грудь не болела, но муть в голове не давала нормально думать и всё ещё оставалась надежде, что это сон.

Нужно опять попытаться заснуть, — подумав, закрыла глаза, но сон не шёл, абсолютно. Такого со мной давно не было. Жизнь настолько насыщенная, что стоило прикоснуться подушки, то тут же вырубалась.

Необходимо встать и размяться, тело совсем затекло. Откинула объёмное одеяло, запах пота стал сильней.

В душ нужно сходить, — подумала я, но не нашла отклика на это слово в нынешнем положении, словно оно осталось где-то далеко. Всё равно вставать надо и разбираться, что происходит. Сделать это было сложновато, пышная перина не пускала. Мне даже стала смешно, и я хохотнула, барахтаясь, как рыба на суше.

Наконец-то я спустила ноги на пол. Деревянный, рисунок лесенкой — паркет, подкинула память ещё чуть затуманенного мозга, видела такой в одном старом доме. Но смутило не это, а чувства, слишком яркие, натуральные. В комнате вроде тепло, но пол холодный и сквозняк, порывом воздуха неприятно обдуло стопу. Машинально подняла ноги и уставилась вниз, из-под белой сорочки торчали небольшие ступни, явно не мои. Я уж точно могу отличить мой сороковой растоптанный от этого.

И сама сорочка была непривычная. Да я вообще их никогда не носила, предпочитая пижамы. В современном мире даже хлопок порой как шёлк на ощупь, а здесь ткань грубая и очень мятая, да кружево по краю словно руками связано. Стала рассматривать его. Сложный витой рисунок. Красиво. У меня одна приятельница, верней хозяйка соседнего торгового павильона, куклами занимается, на продажу их делает, так я у неё много всяких кружев видела и подобные самые дорогие.