Книга Поваренок Марида, страница 6 – Инга Леровая

— Спасибо, я чуть не навернулась, – засмеялась Марида. – Вот смешно бы было.

— Твое любимое слово “смешно”, да?

— Я считаю, что лучше самой мило посмеяться над собой, чем ждать, пока зло посмеются другие.

— И часто ты смеешься над собой?

— Если ты обратил внимание, значит, часто.

Марида засеменила по берегу, раскинув руки, изображая летящий самолет. Альфа шел за ней и улыбался. У пристани стоял прогулочный теплоход. Гремела музыка. На дощатом помосте толпился народ. Шла посадка. Марида встрепенулась, было бы здорово покататься, все равно дома нечего делать, но тут же шагнула назад, у нее с собой и денег-то нет, на пробежку вышла.

— Эй, ребята, давайте сюда. Последний рейс идем. Через шлюз к зеленой стоянке и крепость древнюю посетим. Завтра утром вернемся, – матрос в тельняшке махал им рукой с борта теплохода. – Каюта люкс пропадает.

— Хочешь? – все еще незнакомый альфа заметил порыв Мариды и выжидательно смотрел на нее.

— Разве это удобно? – Марида смутилась, не хотела навязываться. – Мы даже не знакомы.

— Заодно и познакомимся, – альфа подтолкнул ее к пристани. – Смелей, топтыжка.

— Смешно, – сморщила нос Марида. – Почему топтыжка?

— Когда я тебя увидел, ты топталась на дорожке как медвежонок.

— Я не топталась, я бежала.

— Вот и покажи, как ты умеешь бегать. А то опоздаем.

Глава 2. Много страхов и мало любви

Они успели. В каюте люкс на верхней палубе было светло и уютно. В гостиной стояли диванчик, стол и кресла. На стенах висели миленькие акварельки. И даже горшки с цветами имелись. Красная герань и денежное дерево. В полуоткрытое окно задувал ветерок, белые занавески порхали как крылья чаек. На столе обнаружились бутылка шампанского, два бокала, ваза с фруктами и коробка конфет. Марида никогда раньше по высшему разряду не путешествовала. Да и вообще не путешествовала, если уж честно.

Махровые халаты, тапки и фен в ванной комнате, бутылочки, щетки и расчески – все восхищало Мариду. В спальню, правда, она не решилась заглянуть. Да и зачем, она прекрасно выспится на диванчике, а спальню уступит альфе. Там наверняка кровать есть по его размеру. Пока она исследовала номер, ее попутчик открыл бутылку, разлил игристый напиток по бокалам, подал один Мариде.

— За знакомство!

— А давай не полное имя скажем, а последний слог, – Марида застеснялась своего имени.

— Можешь любое имя сказать, если шифруешься.

— Я не шифруюсь, просто так смешнее. Я Рида. А ты?

— Тогда я Тан. Пойдем смотреть, как отплываем?

— Ага.

Рида перебегала от борта к борту в полном восхищении. Ее радовал по-осеннему разноцветный лес по берегам реки. А еще сама река серо-синяя и широкая, приближающийся шлюз, яркое небо. Она хватала Тана за руку и тащила за собой смотреть, как темная вода бьется за бортом, пока теплоход медленно отходит от пристани, как волны накатывают на берег, пугая чью-то собачку, как матросы бросают привязанную швабру за борт, чтобы промыть, и швабра смешно волочится за кораблем.

Тан не протестовал, ходил хвостиком за топтыжкой Ридой и сам себе удивлялся. Обычно он быстро уставал от общения с незнакомыми людьми. Больше любил одиночество. Долго терпеть мог лишь Назара, брата-близнеца, тоже хмурого молчуна. Но Рида умудрялась не надоедать, а только веселить. Угрюмое лицо альфы постепенно разгладилось, глаза не отрываясь следили за непоседой Ридой. Как бы за борт не свалилась, с нее станется.