Книга Хранитель талисманов 2, страница 34 – Юлия Давыдова

Рилевский усмехнулся и открыл перед ней дверцу:

— Садись, госпожа волчица.

Дарья вольготно расположилась одна на заднем сидении.

Никита, понаблюдав почти спокойное выражение лица мамы, когда в синем пламени исчезли три парня и появились чёрные волки, понял, что она уже видела такое обращение. Но сам всё равно сел на пассажирское сидение. Не стал при ней менять облик. Хватит ей на сегодня потрясений.

Елена проводила отъезжающую машину глазами и ещё долго стояла, дыша прохладным ночным воздухом и приходя в себя. Хотя и понимала, что у неё это не получится.

А Иван, едва доехав до окраины, притормозил у последних городских многоэтажек, чтобы выпустить из салона Никиту. Рир, Димка и Лютик присоединились к нему через минуту, и все вместе помчались по ночной дороге, доказать дизельному движку, что не хватит у него лошадок тягаться с оборотнями.

* * *

Под облаками Воградского княжества земля внимала ночи. Сегодня тёмной, без звёзд и луны. Но одна точка сияла в неровном полотне леса. Деревья тихо шумели, едва освещаемые светом костра. Вокруг него сидели молодые ребята из купеческого отряда, тихо говоря между собой, а старшие мужики тихо посапывали, укрытые одеялами. Хотя ночь и не была холодной, но вечером моросил дождь, и воздух под пологом листвы сохранил влагу.

— Если будем каждую ночь останавливаться, — рассуждала молодёжь, — в Алавию доберёмся через неделю. Не ровен час, опоздаем на все праздники.

Купец только отмахивался от них:

— Да месяц ещё до праздников. Успеете напиться, успеете.

Парни посмеялись в ответ:

— Что ты нас сразу напиться отправляешь? Мы сначала к берегине на поклон.

— Конечно, только вас там и ждут.

За весёлыми разговорами люди не обратили внимания на лошадей, встревоженно поднявших головы. Лишь когда они громко заржали, парни обернулись. Из темноты леса стремительно вырвались волчьи тени. Одна врезалась в землю в метре от костра, выбивая лапами почву. И за миг до того, как тьма поглотила засыпанное пламя, его свет показал золотые глаза и оскаленную пасть чёрного волка. Кто-то успел вскочить, даже схватиться за оружие, но…

Всего несколько криков разорвали спокойствие тёмного леса. Мгновения. И снова безмолвная тишина.

На поляне вспыхнул костёр, вновь разгораясь. В неровном свете пламени оборотни снимали с тел окровавленную одежду и бросали в огонь. Этих людей никто не должен узнать, так что никаких знаков отличия — ни одежды с вышивкой родного княжества, ни украшений. Оборотни сорвали серёжки и кольца, а потом и кожу местами. Изуродованные тела свалили в глубокую яму, закопали и заложили поверх травой.

— Мы закончили, — один из командиров подошёл к Таркору.

Тот наблюдал за работой, но больше за одним из оборотней. Тот стоял над заваленной ямой и смотрел на свою раскрытую ладонь. В ней лежали окровавленные украшения, снятые с людей. И парень разглядывал их.

Таркор сощурился.

— Туран… — окликнули оборотня.

Тот вздрогнул.

— Давай сюда, — ему подставили мешок, и парень ссыпал в него никому не нужные теперь вещи.

Таркор так и разглядывал его. Смотрел за выражением лица, за дыханием. Он знал всех оборотней и этого, конечно, тоже. Но в его группах парень никогда не был. Таркор брал на свои вылазки только опытных и проверенных бойцов. А Туран был ещё молод. Силён, упрям, предан повелителю, но было в нём кое-что, за что Таркор его отсеивал всегда при собирании команды.