Книга Хранитель талисманов 2, страница 8 – Юлия Давыдова

Иван сказал, что приехал ненадолго и скоро уедет, но на следующий день он остался, а потом ещё на один. Дата отъезда всё переносилась, и вот уже неделю его присутствие согревало Елену.

Он сидел с Никитой, с неподдельным интересом занимался домашними делами, словно каждый раз заново изучал возможности духовки и дешёвой отечественной стиральной машины. Елена по-прежнему относилась к нему с опасением, но, едва увидев в окне УАЗик со знакомым номером, улыбалась. Рилевский встречал её в холле здания и, взяв за руку, вёл к машине.

Елена продолжала оглядываться по привычке, даже испытывала чувство, что за ней следят, наверное, тоже по привычке, но это быстро улетучивалось, когда Иван захлопывал дверцу машины и, весело рассказывая что-нибудь, вёз её домой.

К концу недели Елена поверила ему. Поверила, как себе. И когда перед сном, Рилевский не подошёл поцеловать её, она возмущённо пискнула:

— А как же я?

— Ага! — Иван обрадованно подошёл к Елене. — Всё? Душенька твоя спокойна?

Он припечатался губами к её щеке от всей души, прижав Елену к подушкам, а потом так же уложил спать Никиту. Насмешил обоих и, пожелав спокойной ночи, лёг на свой матрас на полу.

— Спасибо, — тихо-тихо прошептала Елена, засыпая сладким сном.

Ненадолго…

Ночью она проснулась от кошмара, в котором снова стояла у окна роддома и смотрела сквозь мутное стекло на улицу. Сразу села на кровати отдышаться и уже по привычке повернулась посмотреть на Ивана. Вид его крепкого тела в одних трусах, в дружеской обнимке с плюшевым медведем, служившим подушкой, обычно придавал спокойствия, но…

Ивана не было. Одеяло откинуто, одежды нет.

«Ночь, на часах половина второго! И где он?»

Елена почувствовала приступ нервного удушья. Она на цыпочках прокралась к окну на кухне и стала всматриваться в темноту.

Машина Рилевского стояла напротив. Как и он сам. В чёрно-синей ночи его фигура в тёмной куртке почти сливалась с УАЗиком, но вот он сделал шаг, став хорошо различим в свете единственного тусклого фонаря. Кажется, он ждал. Не потревожив звуком тишину, рядом с ним появился огромный чёрный волк…

Елена застыла, превратившись в пустой манекен в собственных мыслях. Вспыхнуло синее пламя, и в темноте перед Иваном встала человеческая фигура. Они, похоже, разговаривали.

Елена сползла на пол.

«Он с ними… — мысли медленно образовались в голове. — Он вошёл в наш дом, он ближе, чем кто-либо».

Женщина поползла в комнату:

— Он нас убьёт, убьёт…

Руки сами вытащили сумку, забросили в неё первые попавшиеся вещи, лекарства и документы. Потом связали простыни.

— Никита, — Елена растормошила его, — вставай.

Тот открыл глаза и удивлённо взглянул на маму.

— Вставай, — Елена подняла сына, одела и обвязала простынями.

Сквозь распахнутое окно врывался холодный ветер.

— Мама, я сплю, — неловкий протест остался не услышанным.

Елена дёрнула узел, проверила прочность и посадила сына на подоконник.

— Мы играем, солнышко, играем, у нас ночные убегалки, — горячо шептала она, пытаясь сдержать дрожь в голосе и не напугать ребёнка.

— Опять? — возмутился Никита.

Женщина медленно спустила сына со второго этажа, сбросила сумку и сползла по простыням сама. Они оказались с другой стороны дома.

Елена молила бога, чтобы Иван дольше стоял на улице и не торопился в квартиру. Она подхватила Никиту, несмотря на его протесты, и побежала к дороге. Погони всё ещё не было. Машина такси затормозила на отчаянную жестикуляцию женщины с ребёнком.