Книга Хранитель талисманов 3, страница 3 – Юлия Давыдова

Вурда вот Браду не отпустил. И сейчас они самая счастливая пара во всей Алавии. Но годы прошли прежде, чем всё так сложилось. Только с ними-то всё хорошо, а вот вторая самая счастливая пара — хранитель и его лазурная дева, Гиневу волновали больше. С того момента, как пару месяцев назад, Арнава первый раз сказала, что у Никиты начались кошмары.

Медальон на груди верховной берегини сиял. Арнава в Танадоре ждала её решения.

— Как часто сны хранителю снятся и как он их переносит? — спросила Гинева.

Арнава тяжело вздохнула:

— Нечасто. Но муж мой стонет и от боли корчится.

Гинева задумалась, понимая, что это совсем не к добру и так оставлять это нельзя.

— Арнава, прежде чем клятву жены хранителю дать, ты клятву берегини давала, — строго произнесла Гинева. — Или забыла об этом?

На террасе дворца Танадора Арнава замерла при этих словах верховной берегини. Поняла, что сейчас Гинева прикажет.

— Если не забыла, что по-прежнему связана обещанием защищать свой мир, то не забыла и о том, что приказы мои исполнять должна, — напомнила Гинева.

— Не забыла, госпожа, — сглотнула Арнава.

— Так исполняй, — сурово сказала верховная берегиня. — Как сон хранителя станет кошмаром, загляни в него и посмотри, что он видит. Узнай, почему ему больно. Что его там ранит, кто ранит и как. Как узнаешь, скажешь мне.

— Да, госпожа, — тихо ответила Арнава.

Гинева молчала мгновения, чувствуя горечь молодой берегини, и всё же пожалела её чувства:

— Арнава, хранитель наш любим всеми нами и тобой более всех. Но он молод и многого не знает. Распознать беду вовремя должна ты. Белые волки страшных снов не видели, но видения у них были. И если сон Никиты — не сон, а видение, то значит это только одно — что-то ему угрожает. Таркор мёртв и Скарад тоже. Кроме них, в сознание хранителя никому хода не было. Выясни: пытается ли кто-то навредить ему, или сам он себе вредит плохими мыслями.

Арнава сделала глубокий вдох и после него сказала:

— Выясню, госпожа.

— Вот и хорошо, — Гинева нажала символ разрыва связи на боковой грани медальона и свет в линиях украшения погас.

На террасе дворца Танадора Арнава осталась в раздумьях. Мысли были о том, что очень права верховная берегиня, но и Никиту обманывать, против его слова пойти — это дело совсем плохое. Арнава поглядела на город, раскинувшийся под тёмным небом. Сейчас, глубокой ночью, горело так много золотых огней. Светились все площади и улицы, вода сверкала в голубых лентах речных каналов. Вдалеке, теперь уже за старыми границами города, свет множества фонарей лежал на новых постройках.

За год Танадор отстроился и разросся невероятно. Будучи закрытым столько лет, теперь он принимал гостей, которым очень хотелось посмотреть на город белых волков. Никита шутил, что туристов у них больше, чем жителей. Из соседней Рилевы приезжали торговать, из Алавии и Вограда тоже. И даже сейчас, глубокой ночью, на улицах было движение. Где-то не спали, ещё сидели за столами с гостями. И патрули из бывших охотников, а ныне воинов Танадора, которыми командовал молодой Хонт, проходили меж домов.

Арнава улыбнулась. Город белых волков восстал из забытья и расцветал. Хранитель оказался хорошим хозяином своим землям. Ивана, конечно, звал первые полгода, чтобы научил княжеством управлять. Но потом всё в свои руки крепко взял. Берегиня гордилась мужем безмерно и любила так же. А сейчас вернулась в спальню к нему, легла с ним и обняла, прошептала снятие сонного приказа на его шелковистые волосы. Никита, как сонные чары сошли, почувствовал близость Арнавы, обнял её и прижал к себе.