Книга Стражи: Тайна Тересара, страница 167 – Юлия Давыдова

Рафаэль, помня распоряжение Гидеона, кивал на всё. И вполне искренне был рад и такому решению.

Но и всё же дракон Валаама волновал руководителя ФАЭБ меньше, чем результат первой миссии. Он отпустил всех, кроме Турмистрова и Корфа, и они ещё долго говорили о проделанной работе на объекте «Кряж Енисей» и найденном артефакте.

— Группа расследования деятельности общества старших магов должна работать, – с уверенностью говорил Гидеон, – мы ликвидировали аномальный разрыв, завершили слияние с Тересаром, эвакуировали его жителей, и доставили носитель эктоплазмы и энергии совершено нового неизвестного измерения. Согласитесь, результат впечатляющий.

Алевин был согласен.

— Я изначально поддерживал вас, – сказал он. – Что у вас по плану?

— Проверка сооружений ОСМ, – с полной уверенностью ответил Гидеон и взглянул на Александра.

Тот подтвердил актуальность вопроса. Ещё вначале этой миссии, они говорили о том, что объекты, созданные обществом старших магов, не могут выходить из строя. А у них уже два случая подряд. Первый – камера демона Араэля открылась по таймеру, выпустив своих опасных пленников, второй – аванпост на разрыве плоскостей вышел из строя. На первый взгляд причины объяснимы и естественны, но организовать рейд по объектам, в том числе по другим камерам опасных сущностей, совершенно необходимо.

Выяснив все вопросы, Турмистров и Корф покинули кабинет князя Алевина, и Гидеон собрался позвать Александра к себе, поговорить, но тот, сказал, что всё в порядке и ушёл. Турмистров не решился остановить его. Понял, что Корф не намерен слушать и принимать какие-либо слова утешения или сочувствия.

Тем не менее, к вечеру Гидеон собрал команду на ужин, отметить первую успешную миссию. Гораев, Меликов и Богдалов пребывали в отличном настроении, а Бельская и Кайсаров умело скрывали своё состояние, чтобы не вредить общему положительному настрою команды. Не получалось лишь у Александра. Он общался со всеми, кроме Ровены. Эту разительную перемену в поведении барона было видно всем. Но Корф обещал госпоже Бельской больше не смущать её, и на этот раз действительно держал слово. Он первым ушёл с вечера, поблагодарив стражей за работу.

Ровена не находила себе места, и ловя на себе взгляд Рафаэля, который прекрасно видел её состояние, чувствовала холодную дрожь. Те часы, что прошли с момента возвращения, Кайсаров даже не пытался к ней прикоснуться. Он о чём-то думал. И Ровена, глядя на его задумчивое, напряжённое лицо, боялась всё больше.

Стражи попрощались после ужина и разошлись, наконец, на заслуженный отдых. Но у дверей столовой Кайсаров внезапно остановился.

— Иди, я сейчас приду, – сказал он Ровене.

Та конечно спросила куда он, но Рафаэль только покачал головой:

— Иди.

Он развернулся и ушёл, оставив Бельскую в растерянности и неведении. Вернувшись в одиночестве в квартиру, она надела домашнюю шёлковую сорочку и халат. Достала из бара холодную бутылку красного вина, открыла. Села за барную стойку с бокалом и, делая глотки, подумала, о том, как было хорошо на Тересаре. Его монстры будили в крови адреналин, давали мышцам силу, держали разум острым.

Ровена осматривала свои руки. От долгого ношения рунабра и кетоно-кнута остались гематомы. И потирая их пальцами, Бельская осознала, что с удовольствием вернулась бы туда, где она не чувствовала такой слабости, растерянности и страха, как сейчас.