Книга Неоля в плену Востока, или Личный библиотекарь Сулеймана, страница 44 – Shy Hyde

Оля смотрела на Олега, как в первый раз, и находила в нём не только знакомые, но и новые черты. И как она раньше этого не замечала?

В палату вошли двое, рыжая медичка и высокий мужчина, который назвался лечащим врачом. Присел на край кровати с другой стороны от Олега.

— Итак, Ольга Ивановна, как попали сюда, помните? — спросил доктор.

— Нет.

— Хорошо. Что последнее вы помните из своей жизни?

Ольга напрягла память. В голове стало тяжело.

— Да… кажется… я вышла замуж. Да. Замуж. За Али, — она посмотрела на Олега, самой себе не веря.

— Вай! Какой замужь?! — мужчина вскочил, схватившись за голову.

— Да, действительно, какой… — пробормотала Оля самой себе и закрыла глаза.

Тут же ясно представила цветущий сад Топкапы. Сулеймана и Ибрагима, влиятельных женщин гарема и скромных запуганных рабынь.

— Простите, я… — Оля открыла глаза и посмотрела на доктора. — Такая каша в голове.

— Хорошо. Отдыхайте. Я позже к вам зайду. Может, что-то вспомните.

— Доктор, а как я здесь оказалась?

— На скорой привезли. Девушка с вами была.

— Не помню.

— Вы были без сознания и… — доктор замялся, переглянулся с медсестрой и продолжил. — Всё время повторяли: “Хюррем за всё заплатит”.

— Вай! Это она сериалов насмотрелись, султанша моя, — вступился за Олю Олег. — Мы соседи. Постоянно этот музыка из-за стены играет. Сил моих нет, чесслово!

— Да, так и было. Наверное, — неуверенно пробормотала Оля.

— А что ещё любите? — спросила медсестра.

— Что люблю? Читать. Работу, подруг. Пиццу люблю. Пиццу… день рождения у меня был.

Оля вдруг смутно вспомнила курьера с коробками, и тошноту, и голубое без единого облачка небо.

— Так, так, так, — доктор довольно потёр ладони. — Ваша сопровождающая и указала на пиццу как причину отравления. Вы можете подать в суд за некачественный товар и за наезд.

— Какой наезд?

— Вас сбил самокатчик. Ушиб правой стороны тела. Но уже всё зажило, — улыбнулся доктор.

— И… сколько я здесь?

— Чуть больше месяца, — ответил врач.

— Олег Алиевич так ухаживал за вами, так ухаживал! — всплеснула руками медсестра. — Цветы каждую неделю. Фрукты. Всё ждал, когда вы проснётесь.

— Не хочу фруктов, — поморщилась Оля, но живот предательски заурчал.

— Булён! Булён куриный! — закричал Олег. — Я принёс. Я кажный день приносил. Оленька. Хочешь булёнчику, милая?

— Хочу, — ответила она.

Медики ушли, Оля осталась наедине с Олегом. Он кормил её с ложечки тёплым бульоном и рассказывал, как обивал пороги больницы, чтоб его пустили к девушке, как одаривал персонал ящиками фруктов, как носил передачки и покупал самые лучшие лекарства. И в этой нежнейшей заботе тонули все его “пэрсики”, “булёны” и “какой ужасный музыка”. Оля смотрела на соседа и представляла себя юной Алие рядом с возлюбленным Али.

Не успел Олег вытереть салфеточкой губы Оли, как в палату ворвалась Светка. С порога она завела знакомую шарманку о том, какого видного мужчину упускает подруга.

— А он, между прочим, не спал, не ел, всё тебя караулил, — заявила она. — Вон, посмотри, вся палата в цветах. “Нельзя” говорили, да разве он послушает! Ради любимой Оленьки…

— Свет, хватит. Я уже оценила, — призналась Оля, приложив ладонь к щеке Олега.

— Значит, пойдёшь с ним на свидание? — захлопала в ладоши подруга.

Мужчина тут же рухнул перед больничной койкой на одно колено.