Книга Жена герцога-дракона, страница 45 – Эва Морей

— Ну… — я задумываюсь. — Хоть что-нибудь. Ореол величия. Золотые камни. На худой конец – тёмный лес с опасными тварями. А тут тропинка какая-то.

— Здесь водили детей, — пожимая плечами, говорит Лаэр. — Пафос был бы неуместен.

Я снова смотрю на дорогу.

— Разумно, — вздыхаю. — Всё самое скучное действительно всегда оставляют для детей.

Мы вступаем на путь. И ничего не происходит: ни вспышек маги, ни голосов, ни видений. Даже погода ведёт себя подозрительно прилично. Постепенно пейзаж меняется: по сторонам от дороги появляются редкие деревья, а дорога становится ровнее и аккуратнее. Мы переглядываемся почти одновременно.

— Впереди поселение, — говорит Лаэр.

С Рейвом идти в город - идея так себе, это ясно даже мне. Мы договариваемся быстро, слишком быстро для решения, которое мне не нравится. Хочется спорить не потому, что есть аргументы, а потому, что отпускать его сейчас мне слишком страшно. Но в итоге договариваемся: Рейв обходит город стороной и ждёт нас на рассвете на этой же дороге, но с другой стороны. Мысли о нормальной постели и горячей еде слегка скрашивают приближающуюся хандру.

Городок оказывается небольшим. Каменные дома, узкие улочки, лавки с вывесками, слегка покосившимися от времени. Тут и там мелькают немногочисленные прохожие, они скользят по нам взглядами, но не слишком заинтересованными. Ламертин свалил в свой амулет, а дракон остался где-то снаружи, так что компания у нас совсем непримечательная. Все вокруг выглядит достаточно умиротворённо. Мы легко находим местный трактир. Собственно, мы не спеша доходим до нее по основной дороге.

Трактир называется «Коготь и кружка», а на эмблеме изображена огромная когтистая лапа, хватающую пивную кружку. Я скептично рассматриваю эмблему: лапа очевидно драконья.

— Они издеваются, — говорю я.

— Или не подозревают, — философски замечает Ламертин.

Внутри тепло, шумно и пахнет едой. Мы арендуем две комнаты и спускаемся вниз, чтобы перекусить. За соседними столами активно обсуждают новости.

— Говорю тебе, видел! — уверяет кто-то. — Огромный! В небе!

— Да брось, — фыркает другой. — Драконов не существует.

— А это тогда что летало?

— Птица. Очень большая птица.

Я обмениваюсь взглядом с Лаэром. Очевидно, говорят о Рейве. Даже странно что сюда до сих пор не добрались новости из столицы, но с другой стороны, мы на самом краю королевства. Доев сытную похлебку с куском хлеба, я решаю прогуляться по городку. Тем более, я видела неподалеку небольшую лавку булочника и у меня теплиться надежда, что там могут быть пирожные.

Когда я открываю дверь булочной, я тут же замираю. За прилавком я замечаю знакомые силуэты. Тут же делаю шаг назад и держу дверцу кондитерской чуть приоткрытой – ровно настолько, чтобы видеть их, но не быть увиденной.

Отец стоит у прилавка, постукивает пальцами по стеклу. Этот жест я помню слишком хорошо. Так он делал всегда, когда злился и считал, что имеет право злиться. Старшая сестра наклонилась к нему, что-то быстро шепчет, слишком близко, слишком нервно. Младшая ковыряет ногтем глазурь на пирожном, будто пытается содрать с него кожу.

Я отступаю на шаг, растворяюсь в толпе, возвращаюсь в таверну. Здесь тепло, пахнет жареным луком, пивом и чем-то подгоревшим – идеальный аромат человеческой цивилизации. За дальним столом спорят двое купцов, у стойки кто-то уже третий раз за вечер доказывает, что видел настоящее крыло.