Книга Сердце из терновника и льда, страница 49 – Фиона Сталь

Рука Валериуса на моем животе приятно холодила кожу. Обычно прикосновение фэйри Зимнего Двора должно было быть неприятным, обжигающе-ледяным, как сухой лед. Но его холод был другим.

* * *

Словно он забирал излишки моего жара, не давая мне сгореть. Балансировал.

— Хорошо, — пробормотал он. — Теперь направь магию в горшок. Плавно.

Я открыла глаза. Горшок стоял на полу у моих ног.

Я направила руку ладонью вниз. На кончиках пальцев заиграло лëгкое покалывание.

Земля шевельнулась. Из черной крошки показался крошечный зеленый росток. Он развернул два листика, потянулся вверх, дрожа от напряжения, и замер, достигнув высоты мизинца.

— Стоп, — скомандовал Валериус. — Обрывай поток. Резко.

Я вдохнула и сжала кулак. Нить оборвалась.

Росток остался стоять. Живой и настоящий! Не монстр, или лиана-убийца, а просто… росток.

Глупая улыбка расползалась по моему лицу.

— Я сделала это, — выдохнула я. — Я не сломала пол! И горшок цел!

— Да. Моему дворцу сегодня повезло, — голос Валериуса прозвучал совсем рядом с моим ухом.

Только сейчас я осознала, что он всё еще стоит сзади, обнимая меня, держа руки на животе и пояснице.

Я медленно повернулась в его кольце рук.

Он не отстранился.

Мы оказались лицом к лицу. Его глаза были темными, зрачки расширены, как колодцы. Он смотрел на меня с каким-то странным выражением — смесью удивления и голода.

Его руки все еще лежали на моей талии. Мои ладони сами собой легли ему на грудь.

— Твои руки… — прошептала я. — Они прохладные.

— Я знаю, — хрипло ответил он. — Я воплощение Зимы, Элара. Убиваю всё, чего касаюсь, если захочу. Замораживаю.

— Ты не убиваешь меня, — я провела ладонью вверх, по его рубашке, чувствуя твердые мышцы под тканью и гулкое биение сердца. — Мне… не больно. Мне приятно. Твой холод… он как лекарство от моего жара.

Валериус замер. Его взгляд метнулся к моим губам, потом снова к глазам.

— Это неправильно, — выдохнул он. — Я должен вызывать у тебя отвращение. Страх.

— Должен, — согласилась я, делая шаг ближе, сокращая последние миллиметры между нами. — Но почему-то не вызываешь. Может, ты бракованный Принц? Или это морок?

Уголок его губ дрогнул в улыбке, но глаза оставались серьезными.

— Или ты — бракованная Садовница…

Валериус резко отстранился, разрывая контакт.

Я пошатнулась, хватая ртом воздух, будто меня в прорубь окунули.

— Что? — выдохнула я, глядя на него. — Я вырастила его! Ты сам видел! С чего это я, бракованная…

Валериус уже отошел к стойке с оружием. Он стоял ко мне спиной, вытирая руки платком, словно коснулся чего-то грязного.

— Ты вырастила сорняк, Элара, — бросил он через плечо. — Кривой, слабый росток, который загнется от первого же сквозняка! И потратила на это столько энергии, что теперь с трудом соображаешь. У тебя ноги дрожат.

— Это был первый раз! — возмутилась я.

— У нас нет времени на «первые разы», — он резко развернулся. Его лицо снова стало непроницаемой маской. Никакого намека на ту искру, что проскочила между нами минуту назад. — Моя мать к твоему возрасту могла вырастить рощу за час, просто проходя мимо. А ты радуешься одному листику!

Меня захлестнула обида. Горькая и жгучая, как полынь. Я только что открылась ему, позволила управлять моим дыханием, магией, доверилась… а он снова надел свою корону и смотрит на меня как на грязь под ногтями.