Книга Измена. Расплата за (не) любовь, страница 48 – Фиона Сталь

— В спальне… — я машу рукой в сторону комнаты, чувствуя, как ноги дрожат от напряжения.

Максим мгновенно исчезает за дверью спальни и возвращается с телефоном в руках. Он помогает мне натянуть мягкий халат, накидывает на мои плечи тёплую куртку и с заботой застёгивает её.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает, заметив моё напряжение.

Я киваю, но он чувствует мой страх.

— Всё будет хорошо, слышишь? — голос Максима чуть дрожит, но он старается держаться уверенно. — Не бойся. Я уже позвонил в клинику, нас ждут.

На мгновение его глаза темнеют от собственных тревог. Я знаю, что Макс винит себя, думает, что это из-за его недавних выходок я перенервничала и, возможно, начались преждевременные роды… Он аккуратно поддерживает меня, помогая спуститься вниз, успевая ловить каждый мой неловкий шаг.

Всю дорогу до больницы, я стараюсь дышать глубже и не думать о плохом. Максим не выпускает мою руку, время от времени отрывая взгляд от дороги и проверяя моё состояние.

У входа в клинику, нас встречает мой врач — Ольга Сергеевна.

— Аня, не переживай, — говорит она мягко, укладывая руку мне на плечо. — На таком сроке малыш уже считается доношенным. Всё идёт так, как должно быть.

От её слов мне становится чуть легче, но внутри всё равно колотится паника. Максим тут же сжимает мою руку крепче и, не отпуская, помогает заполнить все нужные бумаги. Постепенно, я начинаю расслабляться, словно передаю ему часть своего страха…

Меня провожают в родильное отделение с нарастающей болью, пробегающей по спине и животу. Стараюсь дышать, но каждое движение отзывается болью в теле.

— Ох, когда же это прекратится, — стону, кусая губу.

— Всё хорошо, Анют, я здесь. Всё нормально, — Максим осторожно, но уверенно проводит руками вдоль напряжённых мышц, и это немного отвлекает от боли.

Мне страшно. Каждая волна боли, каждое новое ощущение усиливают страх, но, оборачиваясь, я вижу лицо любимого, его взгляд, полный нежности и заботы. Это удерживает меня на плаву, даёт силы, когда кажется, что не смогу больше терпеть…

— Дыши глубже, — шепчет он, присаживаясь рядом, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Я не уйду, мы вместе. Слышишь меня? Никогда не оставлю тебя и малыша одних.

Максим всё время держит меня за руку, каждую секунду поддерживая, подбадривая. В какой-то момент боль становится такой, что я зажмуриваюсь, сдерживая крик.

Кажется, я больше не могу. Всё вокруг будто стирается в туман, остаётся только боль, и я из последних сил пытаюсь тужиться. В голове мелькает мысль, что это никогда не закончится…

И вдруг — новый, неожиданный звук, заполняющий всё вокруг. Это крик… первый крик нашего малыша! Я будто пробуждаюсь из тяжёлого сна и открываю глаза. Врачи осторожно передают мне маленький, крошечный комочек. Наш сын. Долгожданный. Самый-самый любимый.

Не могу отвести от него взгляд. Он такой крошечный, розовый, тёплый. Тоненькие пальчики сжимаются в кулачки, крошечные реснички дрожат, и я вижу, как он слегка приоткрывает глазки. Меня захлёстывает чувство нежности и любви, такого мощного, что в горле перехватывает дыхание. Я забываю обо всех страданиях, боли, страхе. Всё это остаётся где-то позади, будто и не было вовсе…

— Поздравляю, малыш здоров, — улыбается врач. — 3540 граммов, 52 сантиметра, красавец!