Книга Предвестница беды, страница 117 – Натали Лансон

В этот момент, глядя на него, я почувствовала, как внутри меня трепещет не только волнение, которое обычно бывает перед прыжком в омут.

Нет. Не только волнение.

Это было желание. Настоящее, живое, пугающее желание, которое непостижимым образом зрело во мне всё это время, скрытое за маской строгого союзничества, а теперь вдруг предстало передо мной во всей красе, сбивая с толку.

«Стоп! Всё потом. Сначала надо разобраться с угрозой».

— Хочу, — выдохнула решительно, поднимаясь на носочки и прижимаясь к губам своего мощного телохранителя.

Рей замер, словно пораженный молнией. Его глаза расширились — зрачки расширились, поглощая синеву лазурной радужки, делая взгляд почти чёрным, бездонным. Я видела это потому, что сама косо таращилась на него, вместо того, чтобы поддаться тяжести век и насладиться своим первым поцелуем в этом мире.

Во взгляде мага читалось всё: недоверие, шок и нарастающая, неконтролируемая страсть. Он искал подвох, искал причину, почему я, его принцесса, его подопечная, вдруг начала вытворять такие вещи в тёмной нише библиотеки.

Мой первый поцелуй был жёстко прерван именно по этой причине.

— Ты что творишь, безумная? Ты… ты вообще понимаешь, что делаешь?!

— Да…

— НЕТ! — рыкнул Рей, схватив меня за плечи и ощутимо встряхнув. — Ты не понимаешь! Не понимаешь, что просишь, — прохрипел он, и его голос сорвался на низкие тона, вибрирующие где-то в груди. — Кира, после этого… назад дороги не будет. Я не смогу притворяться дальше.

— Хватит говорить глупости, — с самым несчастным лицом попросила я, буквально впечатываясь в его мощный и такой надёжный торс.

Между нами совсем не осталось сантиметров.

Я обняла его за шею, чувствуя, как запах его тела кружит мою голова.

— Просто помоги мне... стать женщиной.

Поднялась на носочки.

Это было трудно, потому что Рей был довольно высоким, почти на голову, особенно, когда так упрямо вскидывал голову, совсем не наклоняясь.

Мне пришлось вытянуться, чтобы достичь его лица.

Моё сердце билось как у перепуганной пичужки.

Я положила ладони ему на плечи, чувствуя под тканью камзола тяжёлые мышцы, напрягшиеся под моими пальцами.

Рей не двигался.

Не дышал совсем.

Ждал.

Ждал, пока я передумаю, когда остановлюсь.

Но я не остановилась.

— Пожалуйста, — прошептала ему прямо в губы, нежно проводя своими губами по контуру его поджатого рта. В одном слове оказалось вложено больше мольбы, чем я планировала.

Рейвен был повержен.

Он выдохнул, словно выпускал воздух, который держал в лёгких целую вечность.

Его руки, до этого висевшие вдоль тела, дрогнули и медленно, словно боясь спугнуть птицу, поднялись к моей талии.

Твёрдые, сильные пальцы коснулись ткани платья, обжигая кожу даже через материал.

Маг прижал меня к себе, медленно, намеренно предоставляя время отстраниться. Но я не отстранилась. Я прижалась к нему, чувствуя твёрдость его тела, силу, которая сдерживалась лишь чудом.

— Ладно, — со свистом выпустил он остатки воздуха. — Я тоже не железный.

Он наклонился и… натуральным образом взял в плен мои губы.

По-другому не назвать! Это не было похоже на те робкие поцелуи, которые я дарила сейчас этой каменной статуи... вдруг ожившей.

Это не было нежным касанием. Это было присвоение.

Губы Рея были горячими, требовательными, властными.