Книга Бионическое сердце: поверь чувствам, страница 1 – Каталина Канн

Робот неспособен любить в отличие от биоробота, способного не только любить и мечтать, но и испытывать эмоции.

Эсара

Я рассматривала розовые ареолы груди, расположенные под равными углами наклона 41.6 градуса от груди с одинаковыми изгибами и весом ровно 498,264 грамма. Они были идеальны. С того дня, как меня заказали на "СатурнКорп". Но сейчас явно наблюдалась асимметрия на пару миллиметров.

— Доброе утро, Эсара. Ты присоединишься к нам? Мы купили вкусняшки к кофе.

Я застонала, услышав певучий голос Саши через свой видеочип связи. С тех пор, как я установила гормональное обновление Сион-2052, товарищи по команде обращались со мной так, как будто я стала каким-то диким животным, которое им нужно задобрить, чтобы оно не терроризировало корабль. И чем? Разговаривая со мной мягко и успокаивающе, постоянно предлагая всякие вкусности и сладости.

— Я ещё даже не опоздала, Саша, — послала ответ, в последний раз сжав свои груди, вздохнула и отвернулась от своего отражения в зеркале и буркнула: — Я не ребёнок, чтобы мне напоминать. И я всегда прихожу вовремя.

— Мы все прекрасно это знаем, Эсара. Но Фред принёс миндальные печенья из бистро на тридцатой палубе. Ты помнишь? Те, в форме маленьких лягушек с очаровательными крошечными розовыми галстуками-бабочками. Пока мы разговариваем, я отгоняю близнецов, чтобы они не съели их все.

— Пусть едят, я не голодна, — ответила я. Последнее, что мне нужно — есть больше сладостей. За последние два месяца набрала более шести килограммов. Вес осел чуть ниже пупка и на бёдрах. И это после того, как я постоянно весила ровно 63,2 кг на протяжении всего существования.

— Всё нормально? У тебя расстроенный голос. Что-то случилось на вчерашнем свидании?

— Я ничуть не расстроена. И вообще, оставь меня в покое! — Слёзы брызнули из глаз без всякой причины, когда я резко запахнула полы куртки, скрывая грудь.

— У меня также припасён успокаивающий чай для тебя, — донёсся спокойный голос Саши.

Смахнув слёзы со щёк, я ответила:

— Ты умеешь убеждать, Саша. Я уже в пути.

Мало того, что мои груди были явно асимметричны, так они ещё и болели. С каждым шагом яркие импульсы боли проходили от груди глубоко в рёбра, заставляя меня сжимать зубы.

Прошлой ночью я, наконец, позволила Итару ласкать их. И что он делал? Сильно обхватывал их ладонями, приподнимая, а затем разминал пальцами, как будто собирался слепить что-то из них. Он исследовал грудь, как учёный, обнаруживший новый вид и пытающийся выяснить, как я отреагирую. Но его прикосновения не вызывали у меня никаких положительных эмоций. Скорее, мне было неприятно. А теперь они болят!

Саша намекала, что прикосновение к груди должно было быть приятным ощущением. Поэтому я уже который раз задалась вопросом — не было ли чего-то неправильного в моём программном обеспечении. Конечно, я неоднократно проводила полное сканирование, но техотчёт показывал, что все мои системы работают оптимально, и все обновления интегрировались в соответствии с графиком на сто процентов.

Только проблема… Я не ощущала себя оптимальной. Наоборот, чувствовала себя больной и несчастной. Подумав с секунду, быстро изменила свой сенсорный порог, пока странное чувство горечи не превратилось в слабый сигнал, едва заслуживающий реагирования. Я не так часто пользовалась таким методом, поскольку он притуплял все остальные чувства и в такие моменты я ощущала себя обычным роботом, каким, в принципе, и была, просто более усовершенствованной моделью. Б-р-р… Не очень приятно, но ничего не поделаешь.