Книга Чайная для попаданки, или Мой путь к сердцу дракона, страница 1 – Лина Дорель

Седьмой час утра в Москве — это время, когда город еще зевает, потягиваясь в предрассветной дымке, а я уже стою перед зеркалом в своей крохотной квартире, которую риелторы с каменными лицами называли «уютной студией в историческом центре». Хотя двадцать два квадратных метра на Чистых прудах для девчонки из деревни Большие Поляны все равно что дворец. Но иногда, когда соседи сверху решали устроить танцы в три утра, я думала, что в родительском доме с восемью братьями и сестрами было тише.

Я поправила прическу каре и критически осмотрела отражение. Белая блузка, классические брюки, минимум косметики. Образ «элегантного администратора элитного заведения» был готов. Если бы мама увидела меня сейчас, наверное, не узнала бы свою дочку, которая носилась по огороду в драных джинсах и мечтала сбежать в большой город. Впрочем, мама и не пыталась узнать — последний раз звонила на Новый год, и то для галочки.

«Чайная церемония» — так называлось заведение, где я проводила большую часть своей жизни уже третий год. Располагалось оно в особняке девятнадцатого века на Остоженке, и цены там были такие, что за одну чашку улуна вполне можно было купить продуктов на неделю. Но клиенты наши народ особый: бизнесмены в костюмах за сто тысяч, жены олигархов с сумочками стоимостью моей годовой зарплаты, творческая богема, которая любила пофилософствовать за чашечкой пуэра. И все они свято верили, что платят не просто за чай, а за атмосферу, за искусство, за прикосновение к чему-то высокому и духовному.

Дорога до работы занимала двадцать минут пешком — еще одна экономия, которой я тайно гордилась. Пока шла, мысленно составляла план дня: утром должно было прийти поступление нового урожая "те гуань инь", в обед был забронирован зал для деловой встречи каких-то нефтяных магнатов, а вечером ожидался визит той самой дамы в норковой шубе, которая на прошлой неделе устроила скандал из-за того, что чай показался ей «недостаточно ароматным». Видимо, привыкла к пакетикам «Липтон».

Ключи от «Церемонии» звякали в моих руках как колокольчики. Я первая приходила и последняя уходила — таковы были радости администраторской должности. Но зато я понимала каждый нюанс работы, каждую мелочь, которая создавала ту самую атмосферу, за которую люди были готовы платить бешеные деньги.

Включила свет, и интерьер ожил: темное дерево, мягкие кожаные кресла, стеллажи с сотнями банок чая, низкие столики, за которыми так удобно было вести доверительные беседы или заключать миллионные сделки. На стенах висели картины китайских художников, а в углу притаилась коллекция антикварной посуды.

Первым делом проверила кассу — привычка, выработанная годами работы. Деньги любили счет, а я любила деньги. Не потому что я была меркантильной стервой (хотя бывшие парни именно так меня и характеризовали), а потому что деньги были свободой. Свободой от необходимости объяснять каждую покупку, свободой от зависимости, свободой мечтать о собственном деле.

А мечтала я именно об этом — о своем кафе. Не таком пафосном, как «Церемония», а более человечном. Где можно было выпить отличный чай по разумной цене, где играла хорошая музыка, где администратор не смотрел на тебя как на низшую расу, если ты пришел не в костюме от кутюр. Я уже даже название придумала — «Луиза». Да, в честь себя любимой. В конце концов, если уж родители наградили меня таким необычным для русской глубинки именем, почему бы не использовать его в качестве бренда?