Книга Иллюзия прихоти, страница 74 – ЮЭл

— Я думаю, что мать — природа, не готова снимать с Вас бразды правления.

— Ох, Мерианна… Думаю, что так оно и будет. Все бы изменилось, если бы у меня был дракон. Король эльфов, это хорошо. Но мне нужен дракон. — она тяжело вздохнула. — Хорошо давай думать, что делать с Калипсо.

— Вы хотите, чтобы я продолжала делать вид, что это моя дочь?

Делать вид? О чем говорит мама? Почему делать вид?

Так хотелось, перестать притворяться, что я сплю, и броситься в объятия мамы, которая скажет, что мне сниться сон. Простой страшный сон. Как тот, со змеями, преследующими меня, и съедающими заживо. Но это был не сон. Я действительно не ребенок мамы.

— Да. Мне этот ребенок не нужен. Ее отец чуть ли не силой, принудил меня возлечь с ним в постель. В противном случае, никакого ребенка не было бы. Мы не убиваем своих детей, но она мне не нужна. Обучи ее убивать наших врагов. И может быть, когда-нибудь, она сможет умереть, защищая свою королеву.

Я беззвучно плакала. Мама не была мне мамой. А моя настоящая, не хотела знать обо мне. Я никому не нужна. Слезы душили, сердце ныло, а где-то в области живота, появилась пустота.

Я никому не нужна.

Никто не хочет иметь такую слабую дочь, как я. Но я могу стать сильнее. Я могу больше тренироваться. Я могу стать тем, кто однажды защитит всех дриад. Может быть, даже, ценой своей жизни.

Я стану сильной, быстрой, ловкой, проворной. Я научусь всему, даже без призыва магии леса. Я сделаю так, что Мерианна будет гордиться мной. Если уж ей, пришлось взять никому не нужную меня, и учить. Я сделаю все, чтобы стать сильнее.

— Когда ты узнала?

В ту ночь, когда Сиринга и начальница ее личной стражи, обсуждали никому не нужного ребенка, мне было пять лет.

— Давно.

Было тяжело говорить о том, о чем ты молчал, почти всю жизнь. Эхо узнал обо всем в той вылазке. В той злосчастной вылазке, в которой меня не было.

С его слов, убийство Евы — главная цель, которую преследует Мерианна. Но, светловолосая, зеленоглазая дриада, рассказала о том, что видела меня. И тогда, моя приемная мать, решила, что необходимо убить и второго претендента на трон. Они детально обсуждали какими именно способами будут пытать меня, пока мое тело не испустит последний вздох, что он еле удержался, чтобы не растерзать всех и каждого.

— Почему ты рассказал Еве?

Я злилась. Не знаю потому ли, что он рассказал, или потому, что она хотела поговорить, а я понятия не имела о чем.

— Потому что я расчетливый. А еще, очень люблю тебя.

— При чем здесь…

— Ты выступишь и будешь биться до последнего, потому что знаешь, к чему приведет проигрыш. Она пойдет в столицу, на твою сестру. И с армией за спиной, ей это удастся уничтожить всех. Дорогая, я не позволю тебе умереть, понимаешь. Я убью всех и каждого, подставлю под удар всех и каждого, обману всех и каждого, но ты будешь жить. Ты не будешь жертвой. Тем более, — он ехидно оскалился. — она имеет права знать.

Да, имеет, но что мне-то делать. О чем говорить с тем, за кем ты всю жизнь, тайно наблюдал, а иногда, и завидовал. Еву растили как принцессу. Красивые наряда, ленты, вплетенные в прекрасные рыжие волосы, светские приемы. Я же в это время, валялась в грязи, и терпела истязания Сирены и ее подруг.

— Прости меня!