Книга Грозовое небо, страница 114 – ЮЭл

— А что мы можем? – Звезды, одна за другой, загорались на черном полотне небосвода, освещая уставшее лицо волчонка. – Амир, за один день, превратился из младшего сына в старшего. Старый волк не принимает его как полноценного члена стаи, но ведь и не прогоняет. Унижение и пренебрежение не в новинку твоему брату по мечу. То, что для тебя неприемлемо, для него обычный день. Все, что ты можешь, это помогать ему в его стремлениях доказать отцу свою значимость. Что же касается Василисы… – Он замолчал. Кровь, медленной тихой речушкой, размеренно двигающаяся по венам, забурлила горной рекой и закипела обжигающим пламенем. Тенгиз! Как же он был зол на старого друга. Рык разъяренного льва вот уже несколько месяцев застрял у него в груди. Дракон хотел разорвать глупца, на мелкие кусочки. Сколько раз просил он держаться от Василисы как можно дальше?! Сколько раз предупреждал не играть с чувствами девушки?!

— Да я же ничего ей не обещал! – вскричал тот, в злополучный вечер помолвки, когда Эрик припечатал будущего правителя в стене, ухватив за шкирку. – Мы просто дружили.

— Не смей использовать этот жалкий прием. Она человек, а хорошие люди влюбляются в добрые жесты и красивые слова. Мы оба это знаем.

Тогда дракон не сломал нос, как требовала его душа и кулаки лишь потому, что надо было найти ученицу. Но желание не улетучилось, а значит, следующая встреча закончится дракой.

— Ни ты, ни я не способны ускорить время. А для того чтобы успокоить боль от разбитого сердца, нужно время.

Он встал, легкий ветерок трепал выбившиеся из собранных волос пряди. Река, несмотря на морозы оставалась теплой и не замерзала, в отличие от земли, на которой тонким слоем лежал снег. По спине побежали ручейки холодной воды, которые быстро превращались в пар, когда дракон приложил скомканный шарик снега к оголенной шее. Необходимо было остудить нарастающий внутри огонь.

— Учитель, там Сэл.

Рука волка указывала на вершине горы. У самого обрыва, перешагивая с камня на камень, двигалась тень в длинном платье. Ночь слабым светом освещал лишь молодой месяц, и несколько десятков звезд. Рядом с девушкой, то окунаясь в воду, то выпрыгивая из нее и пуская мелкие молнии, несся Агри.

— Она что, хочет прыгнуть? – Только человек мог понять человека, поэтому ход мыслей Деметрия стал для него неожиданностью. – Может мне обернуться волком и взбежать?

Хочет ли она прыгнуть, чтобы умереть? Ну, еще пару месяцев назад, Эрик сказал бы уверенное «нет», но Деметрий был прав, девушка с головой ушла в себя, и никого не подпускала. Нет, он не поверит, что Василиса настолько слаба.

— Ты научил ее плавать?

— Д-д-д-а. – Последовал неуверенный ответ.

— Д-д-да или, ДА?

— Да!

Неумение плавать полбеды, что делать с заточенными водой камнями, которые вырастут на пути падающего?

Она дошла до булыжника на середине реки, на котором любил сидеть Эрик, и расставив руки в сторону, застыла. В один краткий миг, Агри, подпрыгнув осветив ее. Рыжие волосы, изрядно подросшие, колыхал ветер, глаза были закрыты, а лицо не выражало никаких эмоций. В темноте ночи, две фигуры напряженно, вглядываясь в третью, и расслабились тогда, когда она развернулась и двинулась в обратную сторону. Справилась.

Дракон гордился своей подопечной. Он, проживший не одну сотню лет, видел женщин, что ломались от грубого слова. Василиса же, совершенно не походила на представителей своей расы. Одно то, что она выжила после ранения Аргентависа, говорило о многом. Говорят, для человека душевная боль в сто крат сильнее боли физической. Если это правда, то сейчас она в очередной раз доказала свою мощь.