Книга Чертова женщина, страница 31 – ЮЭл

Дэн.

* * *

Целительного сна ждать не приходилось. Мысли снова и снова возвращались к воспоминаниям последних двух месяцев.

Уехать на следующее утро после бала, не получилось. Беременная Диана еще плаксивее Дианы обычной. Пришлось отложить дела и сходить к отцу.

Чертов Рик заставил взглянуть на Лану с другой стороны. И эта сторона оправдывала все, что до этого казалось низким и подлым.

— У меня вопрос. — сказал я, стоило нам переступить порог.

— Я могу принять ванну позже. Пойду помогу Нине.

Законная супруга уже развернулась, чтобы покинуть гостиную, когда мои слова остановили ее.

— Я не об этом.

Девушка медленно развернулась и покорно склонила голову. Может, действительно, стоило сначала помыться, после длительной дороги, и лишь после спокойно поговорить.

Мы каким-то странным способом научились уживаться в одном доме, несмотря на то, что я появлялся редко. Единственным исключением стал вечер накануне, когда я, забывшись, развалился в медной бадье, и закрыв на мгновение глаза, заснул после длительного пути и нежеланного бала. Проснулся же когда вода медленно начала нагреваться. Каким же было мое удивление, когда я обнаружил жену, подливающую кипятка в остывшую воду. Она прикрыла мое голое тело длинным полотенцем, и накинула еще одно, поменьше на, торчащий из воды мой голый торс, до самого подбородка.

— Ты решила меня сварить? — спросил я, разминая набухшие чресла.

Она поскользнулась, но мое, доведенные до автоматизма тело, перехватило ее за талию, и удержало от падения. Годы тренировок, мышечная память, быстрые рефлексы и вот он результат.

— Горячо? — шепотом поинтересовалась супруга, восстанавливая равновесие.

— Нет. — я забрал обмотанный несколько раз полотенцем, кувшин, и вылил остатки у ног. Безопаснее. Да и это лучший способ перевести взгляд. Она может и змея, да вот только красивая гадина. — Давно я сплю?

— Около получаса.

Я огляделся в поисках полотенца, пока не вспомнил, что оно прикрывает мое нагое тело. Лана быстро сообразила, что именно ищут мои глаза. Пару минут спустя, я уже был в своих чертовых покоях, обмотанный, чертовым полотенцем, и теперь уже раздосадованный тем, что моя, чертова жена, так хороша собой.

Помимо этого инцидента, других проблем у нас не было. Девушка прилежно исполняла роль хозяйки поместья. Приятным удивлением стал ее добрый жест по отношению к голодающему мальцу. Парень оказался трудолюбивым и благодарным.

Нина, как и обещала, следила за госпожой, но лишь три месяца. Затем сообщила, что я дурень, и была таковой. Впрочем, этого времени хватило определить, что Лана не носит под сердцем бастарда, не планирует грабить дом, и позорить меня посредством измены.

Мои парни звали ее леди-командир, и приносили цветы каждый раз, когда переступали порог дома.

С моей стороны все договоренности соблюдались неукоснительно. При посторонних, Лана — моя дражайшая супруга, которую я называю: “маленькая, моя”, и нежно целую в лоб. Ну а наедине, каждый сам по себе. Почти не разговариваем, если этого не требуют обстоятельства. И встречаемся только за завтраком или ужином.

И вот мы стоим одни, посреди гостиной, и мне нужно спросить то, о чем посторонних не спрашивают. Видимо, в поисках поддержки я оглядел свой дом. Взгляд замер около камина, на новых предметах интерьера. Возле него лежал огромный вязаный плед, и стоял низкий стол. Я хотел спросить, что это, но заметил, подушки, с кисточками на кончиках, плетеную корзину, на столе возле дивана, кривую глиняную вазу, картину, что криво висела и изображала: то ли яблоки, то ли мячи.