Книга По ту сторону мира, страница 106 – Екатерина Мордвинцева

Он смотрел на меня. В его глазах не было спокойствия. Там было что-то другое — страх, сомнение, надежда.

— Кэт, — сказал он. — Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь пожалела, что осталась.

— Я не пожалею, — я подошла к нему. — Я никогда не пожалею. Потому что ты — моё будущее. Не карьера. Не должность. Ты.

Он обнял меня. Крепко, как тогда, после трибунала.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю, — ответила я. — И я люблю тебя. Так что, пожалуйста, перестань решать за меня. Спрашивай. Договорились?

— Договорились, — он поцеловал меня в макушку.

Мы стояли в кабинете, обнявшись, и я чувствовала, как мир становится правильным. Несмотря на всё. Несмотря на Вайру, на пирожка, на предложение, от которого я отказалась.

Три дня после того разговора были самыми тяжелыми в моей жизни. Тяжелее, чем первый день в чужом мире. Тяжелее, чем пожар в хранилище. Тяжелее, чем трибунал.

Мы с Фредриком говорили. Или пытались говорить. Каждое слово было как шаг по минному полю — не знаешь, где взорвется.

— Я не понимаю, почему ты злишься, — сказал он в первый день, сидя за своим столом и делая вид, что работает. — Я сделал то, что должен был.

— Ты сделал то, что считал правильным, не спросив меня, — ответила я, перебирая бумаги, которые не видела. — Это разные вещи.

— Это моя работа — заботиться о сотрудниках.

— Я не сотрудница, Фредрик. Я твоя невеста.

Он поднял голову. В его глазах была боль, которую я уже видела. Боль человека, который боится сделать неверный шаг.

— Именно поэтому я не могу быть объективным, — сказал он. — Я не могу решать, что для тебя лучше, потому что я хочу, чтобы ты осталась. И это эгоистично.

— А решать за меня — не эгоистично?

— Я не решал за тебя. Я просто... дал возможность.

— Ты написал служебную записку, не сказав мне. Ты решил, что я должна уйти, потому что это «лучше для моей карьеры». Ты не спросил, хочу ли я этой карьеры. Ты не спросил, хочу ли я уходить.

— А что я должен был спросить? — он встал. — «Кэт, хочешь ли ты отказаться от мечты, чтобы остаться со мной?» Это было бы честно?

— Да! — я тоже встала. — Это было бы честно! Потому что я имею право знать, что ты чувствуешь! Имею право выбирать, зная все!

— А если бы ты выбрала меня, а потом пожалела? — его голос дрожал. — Если бы ты смотрела на меня и думала: «Я могла бы быть там, а я здесь, с ним»? Я не переживу этого, Кэт. Я не переживу, если ты будешь жалеть.

— Ты не веришь мне, — я почувствовала, как слёзы подступают к глазам. — Ты не веришь, что я могу выбрать тебя. Не карьеру, не должность, не влияние. Тебя.

— Я верю, — он подошёл ближе. — Я просто боюсь.

— Боишься того, что уже было?

Он замер. Я видела, как он борется с собой.

— Да, — сказал он тихо. — Я боюсь, что моя любовь станет для тебя тюрьмой. Как стала для меня работа. Как стала для меня бумажная клетка, в которой я прятался три года.

— Ты не прячешься, — сказала я. — Ты вышел. Ты изменился. Почему ты не веришь, что я тоже могу измениться? Что мои мечты могут измениться?

— Потому что я не хочу быть тем, кто их меняет, — он провёл рукой по лицу. — Кэт, я люблю тебя. Я люблю тебя так, что готов уволиться, лишь бы ты была рядом. Но я не имею права. Не имею права лишать тебя шанса всей жизни.

— А если я сама откажусь? Если я сама решу, что ты — мой шанс?