Книга Пассажирка, страница 124 – Виктория Серебрянская

Мир, разлетевшийся на сверкающие осколки, вновь медленно собирался воедино. В голове воцарилась абсолютная пустота. Та самая «мертвая зона», которую Старфф создал в космосе, теперь возникла внутри меня. Не было ни мыслей, ни страхов, ни «Селестии» — только дикое, колотящееся в горле сердце и тяжесть собственного тела, которое наконец-то обрело вес. А еще — плавящее кости наслаждение и сахарная истома.

Я уткнулась лбом в плечо Дариана, чувствуя, как его внутри меня бьет мелкая дрожь. Мы стояли так долго, не шевелясь, пока пар постепенно не начал редеть, а вода, все так же хлещущая сверху, не стала казаться просто водой — мокрой, шумной и равнодушной.

Реальность возвращалась. По частям.

Сначала вернулся звук — монотонный гул вентиляции и плеск капель о поддон. Затем — запахи: влажная густота осевшего пара и едва уловимый аромат мыла. А потом вернулось время. Отведенный нам час, который таял с каждой секундой.

Скользнув напоследок мокрой кожей по коже, я встала на неверные, подрагивающие ноги. Дариан отстранился, но не отпустил меня совсем, а осторожно взял мое лицо в ладони. Его пальцы все еще подрагивали, а в бирюзовых глазах медленно проступала привычная осознанность, вытесняя тот первобытный мрак, что был там минуту назад.

— Ты как? — его голос был хриплым, надтреснутым.

— Жива, — ответила я, и сама удивилась тому, как просто и весомо прозвучало это слово.

Он коротко, почти невесомо коснулся губами моих губ и потянулся к сенсору, выключая воду. Тишина, ударившая по ушам, оказалась еще тяжелее, чем шум душа. Мы стояли в этом узком боксе, мокрые и опустошенные. Но мы были. Сейчас я осознавала это как никогда.

Все закончилось. И одновременно — только начиналось.

Маски не вернулись мгновенно. Мы еще несколько минут просто помогали друг другу вытираться, действуя почти механически, по бытовому просто, как люди, которые знают друг друга тысячу лет. Но когда Дариан протянул мне комплект одежды, запаянный в пластиковую упаковку, который он предусмотрительно занес в ванную, я поняла: время нежностей вышло.

Пришло время снова становиться тем, кем мы были. Нужно было идти к Старффу и узнавать, какую цену нам придется заплатить за то, что мы живем.

[1] Отсылка к событиям, упоминаемым в книге «Полет однодневки»

Глава 14

По контрасту с санузлом в комнате было прохладно. После влажного жара ванной кондиционированный воздух казался почти колючим, а новая одежда — неприятно жесткой. Старфф снабдил нас стандартными флотскими комбинезонами: темно-серыми, без знаков различия, пахнущими новой тканью, краской и чем-то неуловимо «складским». Жесткий воротник царапал и сдавливал шею, напоминая о том, что время страстной близости истекло. Вместе с чистой формой мы словно надевали и привычную сдержанность, пряча под слоями плотной ткани внезапную неловкость и все то, что произошло между нами в облаке пара под струями горячей воды.

Дариан вошел в ритм быстрее меня. Я еще неуверенно оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, что делать дальше, как себя вести. А он уже застегивал последнюю застежку, стоя у узкого терминала, вмонтированного прямо в стену. Его движения были точными, скупыми — дипломатический работник возвращался, слой за слоем перекрывая того живого и страстного мужчину, что собственнически сжимал меня в руках еще минуту назад. Только влажные волосы, топорщащиеся, как иглы ежа, и все еще расширенные зрачки выдавали правду.