Онлайн книга «Последний рейс королевы»
|
Только опустившись на парковочную площадку отеля, я задумалась, как буду идти в номер. Щегольской комбинезон изорван, весь в грязи и крови, волосы всклокочены, руки с обломанными ногтями снова похожи на руки контрабандиста. Что у меня с лицом – даже думать не хочется. Постояльцы будут от меня в шоке. Но другого выхода я не видела. Сидеть в кабине флайтера до темноты глупо. Несмотря на уже завершившуюся регенерацию, на ногу все еще было больно наступать. Но я уже хотя бы могла сама идти, пусть и подволакивая левую ногу. Я не стала осматривать колено в флайтере. Какой смысл? Чтобы нормально произвести осмотр, нужно избавиться от рваной штанины комбинезона. А переодеться я смогу только в номере. Не ковылять же до него голышом? Постояльцам мужеского полу на радость… Глубоко вдохнув и выдохнув, я шагнула в гостеприимно распахнувшиеся двери отеля. В холле опять было пусто. За стойкой ресепшн — фарн в форме администратора. Хорошо, что утренней девицы уже нет. А то я за себя сейчас не отвечаю. Я пригвоздила администратора к месту тяжелым взглядом, ковыляя мимо него к лифту. Парнишка, уже открывший рот что-то спросить или предложить, поперхнулся собственной речью и отвел в сторону глаза. Хороший мальчик. Надо будет ему потом дать чаевые. В двери номера я входила со смешанными чувствами. С одной стороны облегчение, что выбралась из передряги с минимальными потерями: раны заживут, а тряпки не жалко. С другой стороны, во мне плавилась злость пополам с обидой. Какого твилла делал Нартанн все это время? Чем занимался? Он собирался вообще меня искать? Или как? Оказалось, или как… Закрыв за собою дверь, я наткнулась взглядом на мечущегося по комнате бледного Бориса, разговаривающего по коммуникатору: — …не говори ер…— тут Борис заметил меня и запнулся. А потом выдохнул в микрофон: — Би… Лидия вернулась! Она ранена! На меня накатило облегчение. А мальчишка, не глядя, отшвырнув коммуникатор за спину, бросился ко мне и обхватил за талию: — Куда ранена? Сильно? До кровати дойдешь? Искреннее беспокойство подростка бальзамом пролилось на мое сердце. На душе стало легче и теплей. Я наклонила голову и, повинуясь непонятной потребности организма, чмокнула Бориса в макушку: — Уже все хорошо. Колено нужно только осмотреть. Я почему-то до сих пор хромаю, хотя процесс регенерации уже завершен. Да и на ногу наступить нормально не получается. Борис, вздрогнувший от прикосновения моих губ к волосам, поднял голову: — Тем более, в спальне тебе будет удобнее… Странный у нас какой-то диалог. Я хмыкнула: — Лучше в санблок. Кровать не хочется пачкать. Да и аптечка с утилизатором ближе. Борис не стал спорить и с готовностью подставил мне свое плечо, чтобы облегчить калеке путь. Такая забота полоснула по сердцу горячим клинком. Я ощутила, как к глазам подступают слезы, и, чтобы не разреветься, спросила первое, что пришло в голову: — Где твой опекун? С помощью подростка идти было легче, и до санблока мы добрались очень быстро. Практически так, как я ходила со здоровой ногой. Открывая передо мной двери, парнишка передернул плечами: — Мирак сначала помчался в тот салон, в который ты записалась. Но там ему сказали, что ты на сеанс не пришла. Тогда он обратился в местное отделение органов правопорядка… |