Книга Невеста мага. Когда падает снег, страница 9 – Анна Ланц

Я вышла в небольшой коридор. Хотя называть это полноценным коридором язык не поворачивался. Тесное вытянутое помещение с низким потолком и крючками в два ряда. На них висела одежда. Много одежды: от меховых накидок до плащей, словно в доме проживала театральная группа.

Вдоль стены выстроились сапоги, башками, туфли. Некоторые пары, казалось, хранили немало историй.

Я растерянно огляделась, пытаясь понять, что может быть моим. Руки самой собой потянулись к изящной белоснежной шубке.

— Ага, конечно, – раздалось снизу. – Губу закатай.

Я опустила глаза. Василий Великий снова снизошел до разговора со мной.

Рыжий гордо прошествовал вдоль обуви, а затем решительно ткнул носом в пару ботинок… если их вообще можно было назвать ботинками. Скорее, два грустных нечто. Подошва отошла, кожа потрескалась, шнурки протерлись до ниток.

— Вот. Твое. – Сообщил кот.

— Мне стоило догадаться, – проворчала я, окинув взглядом остальную обувь.

Рядом красовались невысокие сапожки с меховой опушкой. Наверняка Нореллы.

Я вздохнула и натянула ботинки на ноги. Ну что ж, пальцы не торчат наружу, и на том спасибо.

Дальше – пальто. Василий Великий деловито указал на серо-коричневое чудо, подбитое мехом. То есть, когда-то подбитое. Мех местами вылез, местами скатался.

— Это тоже твое. Видно же.

— Сложно не согласиться, – пробурчала я, натягивая тряп… то есть пальтишко.

Сверху обмоталась шерстяным шарфом, от которого голова зачесалась в трех местах одновременно. В зеркале я наверняка выглядела как «благородная нищенка на выезде». Но его тут не было, поэтому все свое великолепие я оценить не смогла.

Я уже взялась за дверную ручку, готовая вынырнуть в холодный уличный воздух, когда за спиной раздалось недовольное:

— А корзину, простите, Василий Великий тащить должен?

Я обернулась. Рыжий стоял, недовольно задрав хвост.

— Корзину… – повторила я.

В углу стояли три плетеные корзины. Одна маленькая, как для прогулки за ягодами. Одна среднего размера. И одна… огромная, явно рассчитанная на недельный запас еды для очень голодной семьи.

Ее я и выбрала. Больше, как говорится, не меньше.

— Покажешь дорогу до рынка? – спросила я рыжего, который определенно был не прочь прогуляться.

Кот, явно ждавший этой просьбы, деловито расправил усы, состроил морду особой важности. Я едва удержалась от смеха.

— Хм… Ну… – задумчиво протянул он, глядя в потолок. – Вообще-то, я занятой кот. У меня много дел. Очень много. Я личность общественно значимая. Да и домашние мыши все на мне.

— Понимаю, – кивнула я, стараясь не расхохотаться.

Василий Великий еще несколько секунд выдерживал драматическую паузу, чтобы показать, как тяжело ему дается это решение. Затем снисходительно кивнул:

— Ладно уж. Пойдем. Покажу тебе дорогу до рынка, раз уж ты без меня пропадешь.

— Спасибо.

— Да-да, благодарность – это важно, но я ее лучше мясом отдавать. Сметаной, на худой конец. – Василий Великий гордо зашагал к двери. – И не отставай. Я быстро хожу.

И, будто подтверждая свои слова, рыжий наглец выпрыгнул наружу так стремительно, что мне пришлось его догонять.

Стоило переступить порог, как я поняла: никакой это не розыгрыш!

Я оказалась на узкой улочке, что тянулась вдоль ряда двухэтажных домов. Из труб выползал густой дым, отчего воздух пах вкусным древесным дымком.