Книга Няня для босса, или Папа строгого режима, страница 35 – Алекс Скай

На экране появились лица: PR-директор Лидия Аркадьевна, женщина лет сорока пяти с гладкой причёской и взглядом, который оценивал не людей, а их применимость; финансовый директор с сухим лицом; ещё двое из совета, которых Роман представил коротко. Мне кивнули. Я кивнула в ответ и села чуть сбоку, чтобы не оказаться в кадре главной участницей собрания, на которое меня никто формально не нанимал.

Лидия Аркадьевна начала без долгих вступлений.

— Роман Андреевич, ситуация неожиданная, но крайне перспективная. За ночь ролик набрал серьёзный охват. Позитивные реакции выше восьмидесяти процентов. Деловые каналы подхватили тему. Для нас это редкий шанс смягчить ваш публичный образ перед финальным этапом переговоров по “Северному кварталу”.

— Это школьное видео с моими детьми, — сказал Роман.

— Именно поэтому оно вызывает доверие. Оно не выглядит постановочным.

— Потому что оно не постановочное.

— Это плюс.

Я уже начинала понимать, почему мне не нравилась Лидия Аркадьевна. Она не была злодейкой. Не говорила ничего ужасного. Просто у неё был тот самый профессиональный взгляд, который видел в живом моменте не людей, а актив.

— Мы предлагаем не давить, — продолжила она, — а аккуратно поддержать волну. Семейная публикация, короткий комментарий о важности баланса между работой и детьми, возможно, совместный выход на благотворительное мероприятие фонда школы. Без избыточной личной информации. Контролируемо.

— Нет, — сказал Роман.

Финансовый директор чуть подался вперёд.

— Роман Андреевич, позвольте. Партнёры по “Северному кварталу” обращают внимание не только на показатели, но и на общественную репутацию. После весеннего конфликта с жильцами ваш образ жёсткого руководителя остаётся риском. Этот ролик неожиданно показывает вас с другой стороны.

— Моих детей это не касается.

— Детей можно не выводить в центр, — сказала Лидия Аркадьевна. — Фокус на вас как на отце. И на Вере.

Я подняла глаза.

— На мне?

Лидия Аркадьевна впервые посмотрела прямо на меня. Вежливо, даже доброжелательно. Но я почувствовала, как меня уже мысленно вставили в презентацию между “семейной теплотой” и “снижение напряжения аудитории”.

— В обществе хорошо считывается ваша динамика с Романом Андреевичем. Вы говорите с ним свободно, но без нарушения уважительной дистанции. На фоне вашего общения он выглядит менее закрытым.

— То есть я что-то вроде переводчика с делового на человеческий?

Ольга опустила глаза в планшет. Кажется, чтобы не улыбнуться.

Лидия Аркадьевна ответила серьёзно:

— Можно сказать и так. Это сильный коммуникационный эффект.

— А можно сказать, что я няня детей, а не приложение к публичному образу их отца.

На экране финансовый директор нахмурился.

— Никто не говорит о принуждении.

— Пока нет, — сказала я. — Обычно всё начинается с “аккуратно поддержать волну”.

Роман повернул голову в мою сторону.

Не предупреждающе.

Скорее внимательно.

Будто хотел понять, насколько глубоко эта фраза во мне сидит.

Лидия Аркадьевна улыбнулась тонко.

— Вера, я понимаю ваши опасения. Но речь не о личном использовании. Речь о репутации компании, от которой зависит большой проект и рабочие места многих людей.

Вот оно.

Большие проекты. Рабочие места. Ответственность. Классическая тяжёлая артиллерия, после которой женщина, не желающая быть “эффектом”, должна почувствовать себя эгоисткой.