Книга Проходная пешка, страница 75 – Тая Шуи

Новоиспеченная студентка Дагмарской Академии сидела сейчас за столом теоретиков и вяло ковырялась в тарелке с кашей. Сложившейся обстановкой она была крайне недовольна. Хотела ведь не лезть на рожон и при этом умудрилась за один день напортачить так, что теперь весь год придется расхлебывать! Нет, свои способности она скрывать никогда не собиралась. Жить, постоянно оглядываясь назад и испуганно прижимая уши, — это явно не для нее. Но и про скромность забывать не стоит. Насколько она разобралась в современном положении дел, сейчас идет война между двумя лагерями волшебников, осложненная вечным соперничеством между полисами, и привлекать к себе внимание любой из сторон не очень-то хочется. Впрочем, думать об этом сейчас поздно, ты уже засветилась, Ланкрейз, где только можно.

Вон Ремзлиг как глазками сверкает в ее сторону. Он же член Совета Двенадцати, значит узнал о Риане одним из первых, когда решалось дело о принятии в род и о судьбе Ризелиона. Во время последнего визита в Чуриб Риана специально расспросила Увера об этом слушании и выяснила интересный факт: глубокоуважаемый ректор весьма заинтересовался новой леди Ланкрейз и сделал все возможное, чтобы процесс не затянули на месяц-другой, как это любили в Совете. Выходит, Ремзлиг надавил своим авторитетом на нужных людей и теперь наслаждался горячим шоколадом, пока Риана ломала голову, зачем она понадобилась этому щеголю. А довольный Увер, наверное, уже раз двадцать пересчитал магические кристаллы, преподнесенные леди Ланкрейз в день Сумасгара.

Риана сделала глоток травяного отвара, косясь на преподавательский стол. Альярд Ремзлиг наверняка был не просто ректором для Элен Вартейн, их связывали более тесные отношения. Хочется надеяться, что не выходящие за рамки… хм… моральных норм. А то слухи по Академии ходят разные, но верить досужим сплетням Риана не собиралась. В любом случае к Ремзлигу следует относиться осторожно. Риану не тянет вмешиваться в дела какого-то там Легиона Надежды, который, по словам Хицца, возглавляет ректор. И судя по тому, как быстро сам ректор покинул дом Олленгов на улице Гиацинтов, он тоже не горит желанием раскрывать свои тайны. Раз Ремзлиг даже бороться не стал за штаб в Феларии, значит он совсем не хочет рисковать, собирая своих людей в месте, куда может проникнуть посторонний. Мужчина просто отложил этот вопрос до тех времен, когда о своих правах заявит Элен Вартейн.

Кстати, о Вартейн. Забавная ситуация вышла на Рыночной площади. Она что, встретилась с самой собой? Ой, как-то сомнительно все это и попахивает нехорошо… Надо будет поспрашивать Руди. Вон он за столом практиков, нашептывает что-то своей рыжей подружке. Как ее? Эсминда Дипек, точно.

— Госпожа Ланкрейз, возьмите ваше расписание, — велела подошедшая к девушке профессор Мерегалл, протягивая исписанный лист. — Вы уверены, что хотите посещать еще и боевой курс? Семь практик — достаточно серьезная нагрузка, требующая от студента максимум отдачи.

— Да, профессор, — подтвердила свое решение Риана. — Вчерашние события показали, насколько актуальным стал этот предмет.

— В чем-то вы правы, — согласилась преподавательница. — Что ж, если вы собираетесь хорошо себя зарекомендовать, то вам следует поспешить на древние руны.