Онлайн книга «Укрощение строптивой некромантки»
|
— Плевать на ваши форс-мажоры! — заорала я в ответ. Конь, так неосмотрительно испортивший воздух, шарахнулся от меня и снова задрал хвост. Наверное, с перепугу сделав еще и лужу. — Я ухожу! Имею полное право! А вы тут делайте что хотите!.. — По тюрьме соскучились? — едким, неприятным тоном осведомился тер Эйтель. — Или запамятовали, Ваше Высочество, что из темницы вас выпустили лишь потому, что я за вас поручился и пообещал, что вы честным трудом искупите свою вину… Зря блондин упомянул труд. Я и так уже почти не контролировала себя, а после этих слов рухнули последние крохи моего самоконтроля. И некромантия поперла во все стороны, словно ядовитый дым… Первыми восстали из мертвых гуси и индюки, которые оказались на одной из телег поблизости. В этот миг мимо нас как раз проходил служка, несущий два ведра, наполненные объедками. При виде пытающейся лететь битой и ощипанной птицы он уронил сразу оба ведра. И меня окатило жирными и «ароматными» помоями. Сам служка поскользнулся в луже и начал падать. Я с ужасом смотрела на воцарившийся хаос, потеряв голос от растерянности и страха. Напуганные тучей оживших тушек домашней птица, кони ржали и пытались бежать, таща за собой возы. На одном из них прорвалась укрывающая его дерюга, и на землю смачно шлепнулось что-то очень большое и темное. Только когда оно попыталось встать на культи, имеющиеся у него вместо ног, я сообразила, что это освежеванная туша быка или кого-то в этом роде, лишенная копыт и головы, но вполне могущая бегать благодаря моей некромантии… Вот тогда я и заорала от страха, бросившись за защитой и спасением к самоуверенному блондину на шею. Тер Эйтель явно не ожидал, что я его «осчастливлю», и не удержал равновесия, отступил на шаг, кажется, попав ногой в лужу помоев, ибо его ноги тут же заскользили. А так как я уже висела у него на шее, вдвоем мы и грохнулись туда же, в лужу. По пути сшибив с ног несчастного служку… Хуже всех пришлось тер Эйтелю: он свалился спиной в лужу. Сверху на него упала я. Да так удачно, что смогла наблюдать, как распахнувшиеся серые глаза постепенно затягивает тьма расширившегося зрачка. Впрочем, любоваться данным зрелищем у меня получилось не больше секунды. А потом на меня сверху свалился служка, который оказался хоть и тощим, но жилистым и увесистым. Стало не до глаз противного блондина. И вот вокруг царит настоящий хаос: бегают и летают освежеванные тушки птицы, свиней, баранов, коз и прочего, ржут и рвутся из упряжи перепуганные лошади, телеги сталкиваются друг с другом с таким грохотом, что закладывает уши. А мы втроем лежим. Хорошо так, удобно. Правда, блондин очень быстро подо мной закряхтел: — Да слезьте вы с меня, наконец-то! Служка у меня на спине послушно завозился, бормоча в ухо что-то вроде: «Простите, господин, сейчас!» Но при этом не учел или забыл, что мы все валялись в луже жирных помоев. И едва он сумел приподняться над моей спиной, как у него заскользили руки и ноги, и несчастный с коротким воплем свалился назад, ощутимо врезав мне по спине и затылку. Я в этот момент, в свою очередь, пыталась подняться на ноги. Ну как подняться: я приподняла голову и рассматривала, бессовестно пользуясь случаем, гладковыбритое лицо блондина с лучистыми серыми глазами. Его красивые, как на картинке брови, на левой сейчас живописно повис кусочек чего-то, напоминающий капустный лист, его упрямый подбородок с пятнышком жира. Падение служки застало меня врасплох. Я не кричала, нет. Молча тюкнула тер Эйтеля по переносице головой и, кажется, задела малым королевским венцом. Блондин взвыл, а потом глухо выругался. |