Книга Банши. Город грехов, страница 175 – Айла Скай

Кто был более безумен – сказать было сложно. В то мгновение мы утонули в друг друге. Оргазм накрыл нас обоих неожиданно, срывая с губ протяжные стоны. Сердце готово было вырваться из грудной клетки, дрожь никак не хотела уходить с обнаженной поверхности кожи. Он сжал меня в объятиях, откинувшись на сидение, и зарылся носом в волосы. Положив голову ему на плечо, прикрыла глаза.

— Я люблю тебя, Василиса, – слова сорвались с его губ просто и легко. – Не знаю, что ты чувствуешь по отношению ко мне, и не призываю ответить мне тут же. Просто хочу, чтобы ты знала – ты попала, Царева. По самое не балуй.

— Не думала, что такой, как ты, способен на любовь. Такие как мы, – его слова сбили с толку. Я понимала, что он что-то чувствует ко мне, но это могло быть все что угодно. Любовь? Это выходило за рамки моего восприятия наших отношений.

— А какие мы, Василиса? – с вызовом спросил. – Даже чудовища способны на любовь. И ты полюбишь. Это лишь вопрос времени.

— Вот так просто решил за меня? – я немного отстранилась от него, взглядом найдя его глаза. – А если полюблю не тебя?

— Ты не отрицаешь того факта, что способна полюбить, – его лицо немного смягчилось.

— Не отрицаю лишь потому, что мне неведомо это чувство. Почему ты любишь меня?

— Почему? – на мгновение на его губах показалась легкая улыбка. – Просто так. Я люблю тебя, Василиса, просто так. И мне плевать, примешь ли ты эти чувства. Потому что ты моя. И я чувствую, что ты тоже ко мне испытываешь что-то. И знаешь, что из того адского коктейля, который плещется в тебе по отношению ко мне, самое главное?

— Что же?

— Доверие. Безграничное и безоговорочное. Слепое и всепоглощающее. Порой ты ненавидишь меня и злишься, порой хочешь до безумия, порой счастлива, когда видишь меня, порой хочешь довести до безумия своими выходками. Временами ты испытываешь восхищение и выражаешь интерес. Некоторые мои поступки заставляют тебя проявлять настороженность или удивляться. Я не психолог, Вась. Я просто чувствую тебя, как себя. Не знаю, как это выходит, – он вздохнул. – Полагаю, что маску безразличия на твоем лице я изучил досконально лишь потому, что каждый раз смотря в зеркало, вижу ее в своем отражении. И знаю, что за ней скрывается. Так вот, Царева. Доверие – главное. Без него не может быть ничего. А ты доверяешь мне, я вижу это.

— Любишь? – сощурила глаза и обхватила его подбородок пальцами. Он был прав. Я доверяла именно так. Не понимаю, в какой момент так получилось. Оно просто пришло и все встало на свое место. Любовь? Нет, я не знала, что это за эмоция. Но одно знала точно – я не готова была отказаться от Амира. Чувства прокурора вызывали беспокойство и тревожность, а внезапное признание Амира – радость. Хотелось исполна искупаться в его чувствах.

— Люблю, Царева. И тебе не нужно меня об этом спрашивать, просто прими это как данность.

— Это ничем хорошим не закончится.

— Ты уже когда-то что-то подобное говорила. И смотри, где ты сейчас. Какой толк в том, что будет, если нельзя жить такими моментами? – он придвинулся вплотную и поцеловал. – Я всегда буду рядом. И даже в аду отыщу тебя, Василиса. Я не нуждаюсь в твоем признании. Мне достаточно того, что я вижу в твоих глазах, когда ты смотришь на меня.

Слова застыли у меня на языке. Ладонь соскользнула с подбородка и зарылась в волосы, а губы сами нашли его, сливаясь в поцелуе. Нас захватила новая волна страсти, только в этот раз мы неторопливо наслаждались друг другом. Каждым движением, каждым стоном, каждым новым вдохом.