Книга Туманность отражений. Тайна старого замка, страница 59 – Олла Дез

Остальные меня не так сильно интересовали. На лицах большинства не отразилось никаких эмоций. Суровые вояки по-другому и не должны были реагировать. Обратил на себя внимание только местный священник, уж не знаю пока, как его зовут, но вот он был единственный, кто смотрел на моего муженька хмуро и явно был не рад его приходу. И почему-то и не думал это скрывать.

— Дар! Братик! — завопила Векта и бросилась ему на шею.

Про нее я, признаться, позабыла, уж больно невзрачной она была.

— Папа совсем плох. Нужно отменить праздник! Вдруг он умрет? Это будет плохая примета! — повиснув у Дара на шее, запричитала Векта. — Правда, отец Карлсон? Нельзя начинать семейную жизнь с такого ужасного события.

Карлсон? Серьезно? А пропеллер у него есть? Хотя, насколько я припоминаю, тот толстяк без точного возраста, но в самом расцвете сил, всегда представлялся просто как «Карлсон». Это очень распространенная фамилия в Швеции и банально означает «сын Карла».

— Я не думаю, что следует что-то откладывать, Векта! Отец еще не умер! — не дождавшись ответа от хмурого священника, сказал муженек. — Я бы хотел побыть с отцом наедине!

Он осторожно погладил плачущую сестру по растрепанным русым волосам, отлепил от себя и двинулся к кровати.

— Отец? Как так? Когда я уезжал, ты был бодр, — недоуменно сказал Дар, присаживаясь рядом со стариком и беря его тонкую сухую руку в свою ладонь. — Меня не было всего семь дней. Что произошло, почему ты так сдал?

— Прогони всех, — прохрипел старик.

Дар повернулся к собравшимся, и говорить ему ничего не пришлось. Муж повел взглядом, и все немедленно поторопились в сторону двери. А муженек-то хорош!

— У тебя есть на это все права, сын мой. Тем более, это добрая традиция. Твой отец давно ждет твоего возращения, чтобы сказать тебе свои последние напутствия, — отмер священник.

Все покивали и стали еще шустрее двигаться в сторону двери. А я? А мне что делать?

Векта вышла последней, прижимая платочек к глазам.

Дверь за женщиной закрылась, а я так и не приняла решения. Уйти? Остаться? Но потом все же решила, что большого вреда не будет, если я останусь. Мне нужно ближе узнавать мужа. А то так мы никогда не дойдем до консумации нашего брака!

— Отец? Что с тобой? — встревоженно спросил Дар.

— Сам не пойму. Мне казалось, что я еще крепок и протяну до моих первых законных внуков. Надеялся поднять заздравную чарку на твоей свадьбе. Но видно, не судьба, Дар, — тихо сказал старик.

— Твои наставления? Ты хотел мне передать свою мудрость? — нахмурился Дар.

— Нет никакой мудрости, Дар. Все, чему хотел, я тебя уже научил, сын. Только вот что… Не женись! — вдруг, закашлявшись, выдал старик.

— Что? Отец, ты о чем? — застыл Дар.

— Не женись, пока не полюбишь. А вот если полюбишь — не отпускай! Я отпустил. Решил, что деньги, власть и богатое приданое заменят мне любимую женщину. Нет, мой мальчик. Не заменили. Так что смело отменяй помолвку. А старому Гуннару Йонссону Непрансону отдай луг, что граничит с его землями. Мы от этого не обеднеем, а он стерпит обиду. Ты сильнее, богаче, и власти у тебя безусловно больше, чему у него. Делай, как я сказал! — припечатал старик.

— Ты жалеешь, что женился на матери? — спросил Дар.

— Да. Я никогда ее не любил, а любовь всей моей жизни в день моей свадьбы просто ушла. Я думал, она смирится. Она была согласна делить меня с моими случайными женщинами. Кровь кипела, и я тогда не думал, что делаю ей больно. Но жену она стерпеть не смогла, — протянул старик.