Книга Кровь императора, страница 87 – Наталья Косухина

Когда Уита расправилась с нападавшими и в коридоре стих грохот, я вышла к своим охранникам. Они напряжённо посмотрели на меня, явно не ожидая, что я покажусь. Что собирается сделать принцесса?

— Ваше высочество, вам лучше вернуться и готовиться к обряду, – занервничал Тень.

Он знал меня лучше других. В его глазах читалась тревога пополам с настороженностью.

Проигнорировав его, я подошла к одному из пойманных людей в чёрном. Отогнула край одежды. На основании шеи обнаружилась татуировка – тайная стража моего отца.

Прикрыв веки и сжав зубы, я старалась сдержать гнев, но получалось плохо. Кровь шумела в ушах, а внутри разгоралось холодное, чистое бешенство.

— Они хотели убить? – уточнила я, и мой голос прозвучал пугающе спокойно.

— Пленить, – поправил меня Тень с опаской.

— Отец в своих покоях?

— Да. Ваше высочество, куда вы? У вас обряд… – донёсся голос охранника мне уже в спину.

А я отправилась делать глупости. А именно – скандалить.

За мной, нервничая, увязалась и моя охрана. У двери императора стояло всего пара охранников – правитель не ждал прихода своей непутевой дочери. Что было ещё более неожиданно, так это то, что охрану вырубила я лично. Они не ожидали нападения от беззащитной принцессы, а у меня были неплохие и незнакомые им навыки – привет с Земли.

Ребята из моей охраны растерянно взирали на мои действия, не решаясь вмешаться. Видимо, на случай такой ситуации генерал им инструкций не давал. А я, получив доступ в комнату императора, отправилась общаться с отцом.

Он сидел в кресле с полуприкрытыми глазами, но, увидев меня, вскочил.

— Что ты здесь делаешь?

— Что? Не ждал меня? – ласково спросила я, чувствуя, как внутри всё закипает.

— Олея, – напрягся отец.

— У меня сегодня обряд, и любимый батюшка отправил приветственный подарок. С моей стороны было бы грубостью не ответить взаимностью.

— Что ты хочешь? – просипел император.

В отличие от моей комнаты, покои его величества напоминали музей. Награды, подарки от других стран, редкие реликвии и произведения искусства. И много другого ценного, что отец бережно хранил за стеклами – как олицетворение своего положения, того, чего он сумел достичь, того, кто он есть. Будто бы мог забыть об этом.

Я взяла стоящий в углу тяжёлый скипетр – символ власти, который отец люто ненавидел и практически никогда не брал с собой на мероприятия. Руки судорожно сжались, но не от тяжести. От злости. Я довольно взвесила предмет в руке.

— Олея, что ты задумала? Сошла с ума? – схватил меня за руку отец.

Больно. Его пальцы впились в моё запястье, но я больше никому не позволю причинять мне боль. Резко развернувшись, я использовала силу инерции и отправила отца в полёт. Он с глухим стуком рухнул на пол, потрясённо глядя на меня снизу вверх.

— Не дёргайся и не мешай мне. Имей в виду: император может быть жив, но не здоров, – прошипела я.

А потом развернулась, вскинула скипетр и нанесла удар по первой витрине.

Стёкла посыпались во все стороны со звоном, от которого пробирало до нутра. Артефакты и произведения искусства, драгоценные дары разлетались на мелкие осколки. Я била и била – всё в мелкую крошку, вымещая свою боль, злость и разочарование. С каждым ударом на глаза наворачивались слёзы, но я не позволяла им пролиться. Не здесь. Не перед ним.