Книга Странник, страница 58 – Рина Когтева

Он назвал сумму, я попросил посмотреть, мы поднялись на второй этаж, и он показал мне вполне сносный для гостиницы захудалого города номер. Не такой многообещающий вариант, как то, что я сам снял, но в данном случае важнее было то, что здесь же жила Канитар. Будь мы в Ландере, я без зазрения совести предложил бы хозяину щедрое вознаграждение за то, чтобы он поселил меня рядом с Канитар, но это был провинциальный Арким. Подобная просьба будет выглядеть очень подозрительно, и Канитар сразу же об этом сообщат. Я снял комнату на три дня, потом вернулся на рынок, собрал свои вещи, отнес их домой, забрал оттуда что-то, что напоминало бы багаж, и вернулся в гостиницу. Уверен, что к тому времени по городу уже поползли слухи о моем странном поведении, так что Канитар – если у нее были знакомые – скоро должна была об этом узнать. Впрочем, знакомых у нее было мало, иначе она и не явилась бы на рыночную площадь – для нее догадаться, кто такой этот новый художник было проще простого. А вот хозяин гостиницы уже был в курсе, когда я вернулся. Он очень странно посмотрел на меня и довел почти до самой двери номера.

– Мне нужен вид из окна, – строго сказал я. – Я заплатил.

На его лице появилось некое подобие облегчения. Художник из столицы – а говор у меня был истинно ландерский – сумасшедший, что с него взять.

Но в номере я сидеть не собирался. Краткое исследование показало, что все восемь номеров находятся на втором этаже, а на третьем живет семья хозяина, которая также исполняет роль обслуги. Здание располагалось буквой «П», и мой номер был как раз в ее «перекладине» напротив лестницы. Канитар не могла пройти мимо меня. Я встал у двери, уставился в глазок и стал ждать. Ближе к вечеру она куда-то вышла, когда она проходила мимо моей двери, я перестал дышать. Я повернул ручку, чтобы у меня была возможность выглянуть, когда она вернется, не создавая лишнего шума. Она вернулась всего через четверть часа. Я приоткрыл дверь и увидел, в какой номер она вошла. Теперь дело было за малым. Ни минуты не колеблясь, я отправился туда. Я постучал, но отошел чуть в сторону, чтобы она не могла видеть меня в глазок.

– Кто там? – раздался ее хриплый голос.

Я не ответил. Подождал, пока она отойдет от двери, и снова постучал.

– Кто это? – уже резче спросила она.

Игра была небезопасной – Канитар вполне могла позвонить хозяину и сказать о том, что кто-то стучит в дверь ее номера и убегает. Но я был почти уверен, что она так не сделает. Какая-нибудь изнеженная дама, да, так и поступила бы, но не Канитар, которая была шесемт и вела не самую легкую жизнь.

Когда я постучал в третий раз, она резко распахнула дверь, пытаясь застать врасплох своего неизвестного посетителя. Но я был к этому готов и проскользнул внутрь, почти оттолкнув ее. Конечно, она меня узнала. Мы замерли друг напротив друга. Почему-то на ее лице не было удивления, она только вскинула голову как тогда, в подвале, когда я снова пришел к ней. Мы молчали. Меня снова начали раздирать противоречивые чувства. С одной стороны, я чувствовал себя обманутым из-за того, что она сбежала, с другой – виноватым за то, что из-за меня она почему-то больше не могла быть шесемт.

– Почему ты больше не шесемт? – спросил я.

– Потому что шесемт не может колдовать для себя, – ответила она.