Онлайн книга «Доверие»
|
«Вдох-выдох. Успокойся». Хочется обернуться и нормально посмотреть, но привлекать внимание к себе сейчас не стоит. Поэтому Макар только косится на стоящего рядом брата, но и этого вполне хватает. Красная щека, лёгкая испарина на лбу, чуть плывущий взгляд, когда тот смотрит в ответ. По позвоночнику, от шеи вниз, словно колючей щёткой проводят. Тело вспыхивает жаром, намекая на то, что Косте может быть ещё хуже. «Ещё немного, — Макар находит рядом руку брата и сжимает запястье, тут же ощущая, как часто бьётся пульс под подушечками пальцев. — Давай, вдох-выдох. Медленно…» Макар и сам следует своему же совету. Выдыхает, на мгновение прикрыв глаза и чувствуя, как рядом точно так же поступает брат. А когда открывает, то вновь сталкивается взглядом со светло-карими глазами. Напряженно изучающими, словно Верескова мучает какой-то неразрешённый вопрос. Напряжение отступает, оставляя послевкусие в виде лёгкой щекотки на коже. Макар сглатывает, чувствуя, как становится легче дышать и тянется к брату. «Все в порядке?» «Полном». Макар понимает, что брат врёт, но пульс под пальцами наконец-то успокаивается, а значит хотя бы отметка: «Сойдёт» достигнула. Так же как, по собственным ощущениям, процесс обращения либо приостановлен, либо дал задний ход. — И что вы предлагаете? — возвращает в реальность голос дяди Серовой. — Мы все прекрасно слышали о перспективах работы с вами, о том, чем вы занимаетесь, но особо предложения и не было, как мне кажется. — Дополнительные занятия, что-то вроде факультативов, ну или кружков, если вам такое название будет понятней, несколько раз в неделю. Лагеря летом или на других каникулах. — А если мы откажемся? — Вы вольны поступать, как заблагорассудится, — отзывается второй, доселе молчавший. — Не хотелось бы терять одарённую молодежь… Но что поделать. Такова жизнь. — Представителей двое, а молодежи куда как больше, — внезапно замечает отец, обращая внимание на то, что чуть раньше заметил и Макар. Однако ответ оказывается несколько неожиданным. — Вересков Лука, — представляет всё тот же второй. — Он попал в одну из таких групп несколько лет назад. Занимался более интенсивно, чем, в данном случае, будут заниматься ваши дети, так что сейчас вполне сможет занять место наставника. Макару кажется, что сейчас на Верескове скрестились взгляды всех присутствующих. А тот даже в лице не меняется: всё то же спокойное выражение. Только напряжённо расправленные плечи, да застывший взгляд выдают его. «А жилка то на шеё как бьётся, — комментирует Костя с тихим выдохом. — Что-то он не пышет радостью». «Трое оболтусов на его плечи. Ты бы обрадовался?» «Мы бы с Глебом были в восторге!» «Не сомневаюсь». * * * Макару стыдно, но он всё равно чувствует облегчение, когда отец сообщает, что ему нужно вернуться на работу. Дома им с братом сейчас совершенно никто не нужен. Только пустая квартира и они сами. Иначе придётся объяснять всё родителям. С показательным выступлением и возможно паническим требованием вызвать скорую. Или ещё что-нибудь сделать. Он старается об этом не думать. Только оно приходит само. Неприятными картинками, показывающими, как брата увозят. Только не в больницу, а в какую-нибудь лабораторию. «Как Росомаху…» Макар хмурится, прикусывая губу изнутри, и через мгновение вскидывается, но спешащий вверх по лестнице Костя никак не реагирует на его мысли, словно и не услышал вовсе. |