Книга (не)нужная истинная. Хозяйка приюта «драконьи забавы», страница 3 – Эля Шайвел

— Ну! Вот, отберём квартиру у Зойки и заживём снова вместе, детка моя, — мило улыбаясь, продолжал Толик, а я начинала терять терпение.

Как же меня теперь бесило это снисходительно-ласкательно обращение «детка». А ведь раньше оно мне так нравилось…

— Я же люблю только тебя! — бывший жених пёр как танк, даже не понимая, насколько абсурдно его предложение. — Помнишь, как я за тобой ухаживал и предложение делал? Это же было искренне! Ну, помоги мне!!! И мы будем счастливы, как никто в мире, когда начнём всё заново, детка!

Боже, как же противно, аж дышать тяжело!

А в лаборатории ещё и душно так… Мало того что батареи шпарят, как не в себя, ещё и гад этот ноет и никак не уходит.

— Нет, ничего мы заново не начнём, — жёстко возразила я и повернулась к окну, чтобы проветрить помещение. — Ты просто снова хочешь мной воспользоваться. Ну уж нет, дорогой Анатолий, не в этой жизни. Второй раз я не попадусь на это. И вообще, я собираюсь к подруге в Германию на полгодика съездить, только сегодня получила грант на это. Так что прощай, ДЕТКА. И будь счастлив!

Передразнить Толика в конце было особенно приятно. Да, чуточку стыдно, но как не радоваться торжеству справедливости⁈

Вдохнув полной грудью свежий зимний воздух из открытого окна, я начала поворачиваться к Анатолию со счастливой улыбкой оттого, что теперь эта поганая семейка грызётся между собой…

— Да пошла ты, дура! Не хочешь по-хорошему? За границу вздумала смотаться⁈ Сделаю тебя инвалидом и оформлю опеку, на правах бывшего жениха, ты же сирота, всё равно больше никому не нужна. И грант твой себе заберу! Да и мама поможет, если что! Ну а если не выживешь, никто скучать по наивной дуре не будет. Так что, до следующей жизни, детка! — взревел мужчина и, в два шага преодолев разделяющее нас пространство, подхватил меня за ноги и… выбросил из окна.

Я хотела крикнуть, что он идиот и грант так не передаётся, но не успела.

Я вообще ничего не успела.

Лишь зажмурилась от страха в ожидании удара, чувствуя, как холодный ветер пронизывает меня насквозь.

Полёт с десятого этажа должен длиться около двух с половиной секунд… Помню, мы как-то считали ради прикола с Олькой…

Так, прошло явно больше, а я всё ещё жива.

Я распахнула глаза и… увидела старый обшарпанный деревянный потолок.

Что за…?

Я ошарашенно повертела головой, пытаясь осознать, что происходит. Где я?

Если я выжила, то должна оказаться в реанимации. Если я умерла, то… это загробный мир? А почему такой странный?

Тут над кроватью, кроме потолка в паутине, нависло три детские головы: девочка-подросток со светлыми волосами, и двое детсадовцев — брюнет и блондинка.

Рожицы были перекошены от счастья и неверия.

— Лиенна, ты очнулась⁈ — с недоверием, но, улыбаясь во весь рот, прошептала старшая девочка.

Я, поморщившись, автоматически кивнула и попыталась приподняться.

Тело ломило, будто меня пинали, как обычно говорят в таких случаях, но при этом кости явно целы. Что за чертовщина? Что это за дети?

Я огляделась. Мы находились в какой-то заброшке, судя по внешнему виду. Причём либо это был старинный дом, либо павильон для съёмок. Больно уж чудно́ тут было.

Первое, что бросилось в глаза: в углу стояла большая, некогда красивая изразцовая печь, которая теперь была местами сильно облуплена.