Книга Дурочка, страница 9 – Аксюта Янсен

Макс мужественно отдержал официальную часть, стараясь не краснеть и не чувствовать себя дураком, с серьёзной физией поддержал беседу с парой очень важных мужчин — сверстников его отца и смылся под предлогом поиска одноклассницы.

— Мальчишка, — вздохнул Ленский-старший, глядя вслед сыну.

— Да ладно, — снисходительно пробасил его приятель-конкурент. — Парень и так довольно долго продержался.

— Я только надеюсь, что он и правда пошёл искать Барскую-младшую, а не глупость какую-нибудь выдумал.

Макс, может быть и правда использoвал бы возобновление знакомства с одноклассницей как предлог, чтобы смыться, однако на что можно потратить свободное время, если с компанией приятелей-одногодков не сложилось, и мест, где можно было бы с полным удовольствием для себя зависнуть до утра на чужой планете не так уж и много и дорожки туда ты ещё не протоптал. Так что поболтавшись по саду просто так, время от времени присоединяясь то к одной группке, то к другой, он действительно принялся за поиски Ии. И понял, что уже, минимум дважды проходил мимо, не узнавая.

Девушка была прехорошенькой. Ну да, строгая школьная форма, полное отсутствие макияжа и причёска разряда «лишь бы удобно и волосы никуда не лезли», не способны сделать из девушки куколку. А эта именно такая и была. Куколка. И, больше того, именно так и воспринимали, окружившие девушку мужчины возраста тридцать плюс. Иначе чем ещё можно объяснить подобный вопрос:

— Вы, наверное, очень гордились родственницей? Особенно когда она получила назначение на Отеллу.

Девушка приоткрыла подкрашенный розовым блеском ротиқ, похлопала умело подведёнными глазками и проговорила:

— Да нет. Я скорее была разочарована. Понимаете, — она разгладила складку на пышной юбке, — я думала, что бабушка моя живёт в сказочном мире кукол, среди Кенов. Тех Кенов, которые партнёры Барби. А оказалось всё намного скучнее.

Макс чуть не поперхнулся от такой трактовки, да ещё и из уст обычно слишком серьёзной одноклассницы (не знал бы раньше, точно поверил бы, что вот эта девочка — всего лишь прелестная дурочка) и, спасая почтеннейшую публику от конфуза, присоединился к компании.

— Ия? — он сделал вид, что наткнулся на них случайно. — Давно не виделись! Вы не возражаете, если я у вас украду девушку? — с обаятельной улыбкой обратился он к ухажёрам одноклассницы. — Там как раз танцы начались.

Девушка с готовностью положила пальчики на его локоть, извинилась перед своими кавалерами, и Макс, пока они не опомнились, поспешил отвести её в сторону.

— Макс! — зашипела ему Ия сквозь зубы. — Я танцевать не умею!

— Значит, на площадь мы не пойдём!

Он в очередной раз свернул на боковую дорожку окончательно скрывшись из вида продолжавшей поглядывать им вслед компании.

— Слушай, а что это была за бредятина про куколок Кенов? Ты, правда, с какой-то далеко идущей целью дурочку играешь? Так ты скажи, чтобы я случайно не выдал.

— Почему бредятина? Я сказала чистую правду!

Макс недоверчиво округлил глаза и протянул паузу, надеясь на дальнейшие объяснения. И не прогадал.

— Правда мне тогда было что-то около то ли двух, то ли трёх лет, — она вздохнула и улыбнулась.

Быть любимой бабушкиной дурочкой ей, как ни странно, понравилось. Свою роль сыграл и подсунутый леди Илоной в самом начале вечера бокал розового шампанского, хмель от которого уже давно выветрился, а лёгкость осталась. Это было ново и необычно, ведь раньше ей всегда нравилось выглядеть умной и компетентной и добиваться от окружающих уважения, что в шестнадцать-семнадцать лет весьма непросто, когда ты ещё и девoчка довольно хлипкoй конституции. А тут внезапно оказалось, что добиваться серьёзного отношения к себе со стороны этих вот джентльменов ей вовсе не хочется — игра не стоит усилий.