Книга Академия Теней. Истинная трех, страница 71 – Эн Бакли

Не громко. Тихо — будто кто-то вздохнул. Трещина пошла от края до края. А потом — тьма. И свет. Одновременно.

Меня отбросило назад. Кассиан успел подхватить.

— Элиана!

— Жива, — выдохнула я.

— Вся? — спросил Рейго.

— Не знаю, — я посмотрела на зеркало. — Не получилось.

— Получилось, — раздался голос от двери.

Мы обернулись.

Он стоял на пороге.

Бледный. Худой. Мантия висела мешком — когда-то она сидела на нём идеально, а теперь болталась. Волосы спутаны, под глазами — тени. Но глаза... серебряные глаза горели. Слабо, но горели.

— Аш'Тарос, — прошептала я.

— Я вернулся, — сказал он. — Ты вернула меня.

Я попыталась встать. Ноги не слушались — Кассиан поддержал, Рейго подхватил с другой стороны. Микаэль стоял чуть позади, но я чувствовала — он напряжён.

— Ты как? — спросила я, шагнув к ректору.

— Жив, — он усмехнулся. — Почти.

— Чего не хватает?

— Силы, — он посмотрел на свои руки. — Я вернулся, но я слаб. Слишком слаб.

Он покачнулся. Я схватила его за руку — холодную, почти ледяную.

— Мы поможем, — сказал Рейго.

— Как?

— Своей силой, — Кассиан подошёл первым. Положил руку ему на плечо. — Возьми, сколько нужно.

— Ты не демон, чтобы отдавать силу, — усмехнулся ректор.

— А кто?

— Мужчина, который любит её, — ректор посмотрел на меня. — Как и я.

Кассиан не ответил. Просто сжал плечо сильнее. Ректор закрыл глаза. Его лицо стало чуть живее — вены на шее проступили, засветились слабым серебром.

— Хватит, — сказал он. Кассиан отступил — бледный, но довольный.

Рейго подошёл вторым. Положил руку на спину ректора.

— Драконья сила, — сказал он. — Терпи.

— Я терпел тысячу лет, — усмехнулся ректор. — Потерплю ещё немного.

Рейго передавал силу медленно — я видела, как напряглись его мышцы, как чешуя вспыхнула золотом. Ректор выпрямился. Мантия уже не висела мешком — он стоял ровнее, увереннее.

— Достаточно, — сказал он.

Микаэль подошёл последним. Взял ректора за руку.

— Холод, — сказал он. — Тебе нужен холод.

— Вампиры всегда холодные, — усмехнулся ректор. — Это я помню.

— А ещё мы умеем ждать, — Микаэль сжал его пальцы. — Я ждал тебя.

— Зачем?

— Чтобы сказать спасибо, — Микаэль отпустил руку. — Ты спас её. Спас нас. Мы в долгу.

— Не надо долгов, — ректор покачал головой. — Я делал это не ради вас.

— А ради кого? — спросила я.

Он посмотрел на меня. Долго. Тяжело.

— Ради тебя, — сказал он. — Как всегда.

Я взяла его за руку. Она была холодной — но не ледяной. Живой.

— Ты — часть нас, — сказала я.

— Часть тебя, — поправил он. — Как они.

— Как они, — повторила я.

Он улыбнулся. Впервые за долгое время — по-настоящему. Не ледяной полуулыбкой — тёплой, почти человеческой.

— Что теперь? — спросил Кассиан.

— Теперь — восстанавливаться, — сказал ректор. — Мне нужно время.

— Мы дадим, — сказал Рейго.

— Сколько нужно, — сказал Микаэль.

— Спасибо, — ректор посмотрел на них. — Всем.

Они кивнули. Без лишних слов.

Я стояла рядом, держала его за руку, и чувствовала — всё будет хорошо. Не сразу. Но будет.

Ректор не вышел к ужину.

Я ждала. Смотрела на дверь. Он не пришёл.

— Он спит, — сказал Микаэль, отпивая из бокала. — Впервые за тысячу лет.

— Суккубы не спят.

— А он спит, — пожал плечами Кассиан. — Мы заходили. Храпит.

— Суккубы не храпят, — сказала я.