Книга Попаданка. Финал, страница 99 – Нина Ахминеева

«Хм-м. А где Юрий бродит? Неужто из-за этого так нервничаю?» — Костя с сомнением покосился на пустующее спальное место соседа.

С того самого момента, как они приехали в тренировочный лагерь, начальник питерского отделения спецслужбы постоянно находился рядом со своим «подопечным». А вот сейчас впервые и довольно долго отсутствовал. Это было необычно.

Вспомнив, как Таранов «ненавязчиво» просил его показать полную силу, Костя усмехнулся. Даже сильному эмпату проблематично склонить к чему-либо темного мага. А уж Юрию с его скудным даром и вовсе не реально.

«Рассказал бы зачем это надо, то возможно бы и увидел. А так ничего не выйдет», — пошевелившись, барон услышал протяжно-тоскливый скрип деревянной кровати, поморщился.

Это убогое ложе надоело до тошноты. Впрочем, и сама комната уже изрядно подбешивала. Однако барон проводил здесь круглые сутки по доброй воле.

Изображая полное безразличие ко всему на свете, темный маг часами сидел в позе лотоса. И самым наглым образом занимался личными делами, о которых «куратор» не имел ни малейшего представления.

День за днем Костя методично «усыплял» молекулы вируса, налаживал контакт с частью силы двойной звезды, ну и параллельно расщеплял сознание. Отправляя частичку себя свободно бродить по лагерю, он скрупулезно собирал информацию.

Теперь темный маг знал не только историю России, но даже мог абсолютно самостоятельно оформить машину в ГАИ. Знал, как купить комнату в коммуналке или заменить ГРМ в жигулях. Причем понимал, чем отличается эта процедура у разных моделей автомобилей марки ВАЗ.

В результате своей шпионской деятельности Росс уже прямо сейчас мог бы с легкостью слиться с местными и не вызвать никаких подозрений. Однако сбегать нет никакого смысла. Костя все еще зависел от обережной бляхи. А быть пешкой в руках Королькова, жутко не хотелось.

К сожалению, дар читать мысли больше себя никак не проявлял. Оттого и доводил «куратора» до белого каленья своим мнимым бездействием, да равнодушием. Надеялся, что тот сорвется, сболтнет лишнего.

Пусть худо-бедно, но нехитрый план работал. Томясь от безделья рядом с подопечным, службист все больше мрачнел. И уже начинал злиться на непонятного, несговорчивого иномирянина. Казалось, еще чуть-чуть и Юрий взорвется. Но волновался барон уж точно не по этому поводу.

Из-за бревенчатой стены послышался звук, жутко похожий на детский плач.

«Шакалы», — машинально отметил Росс и принялся прокручивать минувший день в голове. Ничего такого, особенного не происходило. Но что-то конкретно напрягало.

То, что его кто-то «обрабатывает» и ненормальное душевное состояние дело рук одаренного, Росс полностью исключал. За время, проведенное в горном лагере, он ни разу не видел, не чувствовал, чтобы кто-то пользовался силой. Разве, что начальник питерского отделения пытался воздействовать на него эмпатией. Но на этом все.

Понимая, что не уснет, Константин оделся, вышел на улицу. Холодный горный воздух ворвался в легкие. Застегнув наглухо куртку, барон облокотился об ограждение террасы. Хмурясь, он всматривался в темные очертания гор. На сердце было неспокойно. Очень.

Он думал о разном, но мысли вновь и вновь возвращались к начальнику отдела по взаимодействию с иными.

«А может, Корольков с моей помощью хочет деактивировать блокиратор? — молнией промелькнула догадка. Спустя мгновение Константин скептически хмыкнул. — Непохож Глеб на альтруиста и спасителя угнетенных. Вот в то, что грезит о смене власти в стране, охотно поверю. Хреново будет, если озадачит меня в ближайшее время. Без оберега продержусь максимум минут пятнадцать. А потом все. Стану монстром».