Книга Подарки возвращать не принято, страница 97 – Елизавета Соболянская

Старший муж все же заказал освежающие напитки, фрукты и сырную тарелку, а тем временем в дверях появился Джамьянг:

— Дива, ванна готова!

Ора порывалась встать, но ее на руках отнесли в просторную купальню, там поставили на пушистый коврик и благоговейно принялись раздевать. Джамьянга и Тайши не смущали ни скромное платье, ни простое хлопковое белье – они благоговейно наблюдали за тем, как Норбу снимает с жены вещичку за вещичкой, и брюки их топорщились весьма нешуточно.

Она как-то поздно вспомнила, что мужчины обходились без нее больше месяца! Она прикрыла глаза и подумала о том, что она может сделать. Отказать в близости? Запросто! Только в брачном контракте прописаны два соития в месяц. Выгнать всех из ванной? Так вроде мужья не делают ничего неприятного, пошлого или причиняющего вред.

Между тем Норбу уступил место Джамьянгу – он единственный из мужей стоял в домашних штанах и с обнаженным торсом. Младший муж опустил Ору в ванну, помог расположиться удобно и спросил:

— Дива позволит помочь с купанием?

Орнелла кивнула:

— Позволю! Но сначала дайте мне десять минут полежать в воде. Давно не было возможности принять ванну!

Мужчины отступили. Девушка прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной, покоем и теплой ароматной водой. Джамьянг, как обычно, подобрал благовония, соответствующие ее настроению. Немного пряностей, немного фруктов… Пахло домом. Точнее, квартирой на Лерае. Примерно так пахло утро, когда она выходила на кухню, чтобы выпить кофе перед началом рабочего дня…

Орнелла так расслабилась, что не стала даже глаза открывать, когда в воду к ее ногам скользнуло гибкое тело младшего супруга. А вот когда Джамьянг взялся за ее ноги, девушка с трудом удержалась, чтобы не поджать пальцы. В монастыре салонов нет. Маникюр в ужасном состоянии, ногти на ногах она подстригла однажды, не потрудившись даже снять остатки деликатного матового покрытия – некогда было!

Однако Джамьянг и внимания не обратил на ногти – взял мочалку и начал мягко массировать кожу, поднимаясь все выше. Это было приятно и так… странно. Оказывается, тело Оры, ограниченное ежедневным трудом, скудной пищей, прогулками и коротким сном, впало в подобие летаргии. Чувственность погасла, и это было хорошо на Острове. Но тут, в окружении красивых мужчин, явно ее желающих, Орнелла вдруг ощутила себя невинной девой, впервые угодившей в руки опытного любовника.

От касаний мочалки и сильных рук музыканта по коже разбегались мурашки. Тело охватила истома, и в то же время внутри разгорался огонек желания! Что же делать?

На плечи опустились еще одни руки. Норбу.

— Дива позволит? – шепнул он, проводя намыленными руками от плеч к запястьям.

— Позволит, – шепнула Ора в ответ, поднимаясь из воды навстречу мужьям.

Норбу стоял уже в одном белье, так что он тоже шагнул в ванну и взялся за мочалку. Такое мытье в четыре руки Орнелле очень понравилось. Натирая ее гладкую кожу, младшие мужья тихонько постанывали, когда жена задевала их обнаженные торсы, туго натянутые плавки или чувствительные части тел.

Однако, покончив с мытьем ее тела, мужья отступили, пропуская в корыто Тайши. Он держал в руках флакон шампуня, Ора сразу повернулась к нему спиной и тут же охнула – всю боковую стену ванной занимало зеркало!

— Дива прекрасна, – Тайши высился позади, как безупречная скульптура. Он взял лейку душа и начал аккуратно смачивать волосы жены, а Орнелла не могла отвести взгляд от себя и присевших на борт мужей. Они ели ее глазами, и в их напряженных фигурах чувствовался такой телесный голод, что она поняла, почему они пришли в купальню в белье. Чтобы не напугать и не опозориться.