Книга Вероника, страница 18 – Софи Майерс

Я старалась не смотреть на Михаила Александровича, углубившись в работу. Но он как магнит тянул к себе. Его энергетика похоже не на одну меня так действовала. Как только он начинал говорить, то стихал даже шепот. Все слушали его приоткрыв рот.

Сам же Астахов был беспристрастен к происходящему. На его лице было спокойное выражение лица. Волосы собранные сзади в хвост, лишь изредка подрагивали, переливаясь серебристыми прядями. Только сейчас при свете дня я заметила, что у него реально были линзы, потому что иметь такой цвет глаз просто невозможно от природы — сине-фиолетовый, реально как васильки.

И его волосы в темноте мне показалось, что он блондин, но нет они были — седыми!

Михаил был сосредоточен на деле, и к моей радости в мою сторону даже не смотрел.

Совещание длилось два часа, и я успела успокоиться.

— Скинь все на флешку и иди на свое место, — впервые за все время отозвался Василий Алексеевич.

— Хорошо, — я поставила флешку и скинула на нее файл с совещания.

Подняв глаза от компьютера я совершенно явно ощутила, что на меня кто-то смотрит, пристальный взгляд прямо в спину. Мне даже обернуться было страшно. Почему-то я понимала, что в спину мне смотрит Астахов. Забрав со стола ручку и ежедневник я глубоко вдохнула, а на выдохе развернулась, но там никого не оказалось. Вообще никого в зале я была одна. Паранойя.

Ну точно ее еще не хватало!

Ругая себя за тупость и излишнюю мнительность я спустилась на свой этаж.

Остаток дня прошел относительно спокойно. Но по-настоящему спокойно выдохнуть я смогла только, когда зашла в квартиру и закрыла за собой дверь.

Стянув с себя надоедливый парик, от которого вдобавок чесалась голова, я кинула его на тумбу. Гоша позвонил мне через пять минут. А потом еще долгих пол часа спрашивал меня, учинив допрос с пристрастием. Я рассказала ему про Астахова, просто не смогла бы это скрывать, да и смысл?

Гоша молчал несколько минут, а потом смачно выругался.

— Короче, не трясись там, все нормально, — и не говоря больше ни слова положил трубку.

— Легко сказать, — прошептала я в темноту.

В груди давило от эмоций пережитых за этот день, а в голове была каша из произошедших событий. Я пообещала себе все структурировать, обобщить, но вот только не сегодня. Не сейчас.

В который раз я сказала себе:

— Вероника соберись! Все будет хорошо!

Вероника

Второй день стажировки начался с моего опоздания. Я влетела, как комета, в кабинет где уже началась планерка и конечно же привлекла внимание Айдарова.

— Наконец то мы можем вас лицезреть! Георгий, то, что ваш отец член совета правления не означает, что вы можете опаздывать! — пророкотал начальник, а я вжав голову в плечи, мышкой прошмыгнула на свое место, попутно пролепетав извинения.

— Так, на чем я остановился? Ах, да! Сегодня я уезжаю в командировку в Санкт-Петербург, за главного остается Романов. Алексей Дмитриевич, нас не будет до завтрашнего дня, держите, пожалуйста, бухгалтерию в узде, у них скоро квартальный, будут наезжать и перекладывать работу! Весь кабинет посмотрел на Романова, тот лениво кивнул, а Айдаров продолжил. — Итак, кто же будет жертвой в этот раз? — он обвел кабинет острым взглядом, я не понимающе посмотрела на коллег, которые при этом упоминании сжались. — А вот Георгий то и поедет со мной, — начальник довольно улыбнулся, словно сказал какую-то шутку. — Я? Но зачем? — эти слова вырвались гораздо быстрее, чем я успела оценить их вес в данной ситуации.