Книга Между оборотнем и драконом, страница 110 – Алина Углицкая, Елизавета Соболянская

Когти, скрипя, прочертили на мраморе глубокие полосы. За спиной Инмара бесшумно открылась балконная дверь. Оборотень напрягся.

— Кто здесь?

Развернулся, собираясь одним ударом уложить нежданного гостя, и еле сдержал занесенный кулак.

— Ты? — прищурился, глядя на тролля. — Почему вернулся?

Ыргын хмыкнул, невозмутимо подошел к балюстраде и глянул вниз. Вынул из недр необъятной рубахи трубку, огниво, раскурил ее, неторопливо выпустил облачко вонючего дыма, и озвучил то, что о чем сам Инмар боялся даже думать:

— Ну что, волк, все прячешься? Косишь своими желтыми зенками на госпожу? Дракону все уступаешь? Смотри, окрутит ее этот хлыщ, а ты будешь на луну даром выть.

Инмар поморщился. Вот как у этой зеленой груды мышц получается бить не в бровь, а в глаз?

— Госпожа Лизавета из другого мира, — продолжал тролль, сплюнув с балкона, — к золоту равнодушна, на мужиков не вешается, в плетки и ножички не играет. Заскучает с ней дракон. Надоест она ему быстро.

Оборотень бросил на него задумчивый взгляд. Он видел, что Лиза жалела мужей герцогини, да и Эйфу хотела помочь от чистого сердца. Нет в ней этого желания — вколотить в мужчину свое видение мира.

А Ыргын не унимался:

— Это сейчас она для него звезда в ночи и новость в утренних газетах. А как герцогиньку с шеи скинет окончательно, так и умчится по своим делам. Оставит госпожу здесь тряпки да безделушки перебирать, от скуки с ума сходить да со свекровью собачится. А госпожа Лизавета не такая! Она тут зачахнет, спасать ее надо!

— Спасать? От кого? — мрачно поинтересовался волк.

— От драконов! Слишком добрая она для них, слишком совестливая. Меня подобрала, тебя не прогнала, когда про артефакт узнала, и рыжему этому помогает, хотя он не заслужил ее милости. Съедят ее чешуйчатые, как пить дать — съедят! А ты все тянешь!

Инмар слушал и понимал: а зеленый-то прав! Во всем!

— Смотри, дотянешь — уплывет твоя пара к другому! — продолжал упрекать тролль. — Госпожа сама тебя старшим мужем назначила, так пользуйся! Обнимай ее, целуй! Заставь смеяться!

Ыргын готов был уже поделиться личным опытом в соблазнении дам, но Инмар резко оборвал его:

— Спасибо, что беспокоишься обо мне и госпоже Лизавете, но позволь мне самому решать, как с ней обращаться. Лучше скажи, почему ты вернулся. Разве хозяйка не сказала, что ты идешь с ней?

— Дракоша там без меня обойдется, а если будешь тянуть, то и без тебя, — хмыкнул тролль.

Прозвучало это так, что оборотень снова сжал кулаки.

— Не злись, — Ыргын миролюбиво пыхнул трубочкой, — лучше головой думай!

Волка охватило ледяное бешенство, в один миг согнавшее любовную тоску. Он развернулся, собираясь хорошенько вмазать зеленокожему болтуну, и зацепился взглядом за трубку.

Замер, мысленно обзывая себя идиотом. Бета называется! Трубка! Как он мог забыть!

В мире, полном магических рас, существовало великое множество стимуляторов и вредных привычек. Эльфы, например, пили забродивший мед и нюхали пыльцу растений, уносящих разум в неведомые эмпиреи. Драконы в истинной ипостаси грызли каменный уголь, а в человеческом виде предпочитали крепкие напитки — ром, бренди или коньяк. Оборотни жевали дурманящие грибы и ягоды, от которых потом катались по земле, словно щенки. Но никто, никогда не курил траву!