Книга Эйлирия. Мужья Богини, страница 113 – Тина Солнечная

Нет.

Нет, нет, нет!

Я рванулась вперёд, но моё тело застыло в этой вязкой тьме. Я не могла двинуться, не могла вырваться, словно невидимые нити удерживали меня, не позволяя даже пошевелиться.

— Нет… — прошептала я, отчаянно пытаясь вырваться. — Ты не вернёшься!

Но богиня лишь склонилась ближе, её взгляд сиял холодной решимостью.

— Ты проиграла.

В следующую секунду пространство вокруг меня взорвалось светом.

Я судорожно вдохнула, чувствуя, как воздух снова наполняет лёгкие, как кровь пульсирует в венах.

Но что-то было не так.

Я не могла двинуться.

Я не могла открыть глаза.

Я оказалась заперта.

А Эйлирия…

Она медленно разомкнула губы, коснулась своего живота ладонью, будто смакуя этот момент.

— Если с детьми что-то случится — это будет на твоей совести, — произнесла она.

Я закричала.

Но никто меня не услышал.

Я наблюдала за ней, беспомощная и раздавленная.

Эйлирия вышла из комнаты лёгкой походкой, будто несла на себе корону, к которой наконец вернулась. Она даже не скрывала удовольствия, расправляя плечи, словно сбросила тяжёлый груз.

Она двигалась так, как никогда не двигалась я. Слишком плавно. Слишком грациозно. Не моя походка, не моя осанка. И всё же никто не заметил.

Мужья ничего не почувствовали.

— Доброе утро, мальчики, — её голос был тёплым, но в нём скользнуло что-то едва уловимо насмешливое.

Рет поднял на неё взгляд и кивнул, вновь углубляясь в бумаги. Стеф, растянувшийся в кресле, бросил в её сторону ленивый взгляд, но в нем мелькнула тень сомнения.

Он что-то почувствовал?

— Выглядишь иначе, — протянул он, прищурившись.

Эйлирия остановилась и склонила голову, её губы тронула медленная улыбка.

— И как же?

Стеф нахмурился, но ответить не успел — в комнату вошёл Илион.

Моё сердце сжалось.

— Девочка моя, как ты? — сказал он, подходя ближе. В его голосе скользнула тень тревоги.

Эйлирия обернулась к нему и, не раздумывая, шагнула в его объятия.

Я хотела закричать.

Хотела вырваться.

Но не могла.

Она не просто приняла его объятие — она наслаждалась им. Запускала пальцы в его волосы, медленно водила ладонью по его спине.

— Скучал? — её голос стал нежнее, с тёплой насмешкой.

Илион на мгновение замер, но обнял её крепче.

— Всегда.

Я задыхалась в собственном сознании.

Не смей.

Не смей его трогать.

Но она уже прижалась ближе, склонила голову ему на плечо.

— Ты так предсказуем, — улыбнулась она, и её голос стал каким-то чужим.

Илион чуть отстранился, заглянул в её глаза.

Я замерла.

Его взгляд.

Он что-то почувствовал?

Но нет. Через секунду он склонился к её губам и поцеловал.

Я закричала.

Но никто не услышал.

Илион ушёл, а она направилась дальше, и я чувствовала, как внутри меня растёт отчаяние.

Она шла к Астерону.

Он встретил её с привычной холодной внимательностью.

— Как ты себя чувствуешь?

Эйлирия мягко коснулась его руки.

— Чудесно, — ответила она, её голос был ровным, ласковым. — Лучше и не придумаешь.

Астерон внимательно посмотрел на неё, и я затаила дыхание.

Он что-то заметил?

Но он просто склонился ближе, его рука осторожно коснулась её живота.

— И дети?

Эйлирия улыбнулась и накрыла его ладонь своей.

— Они тоже чувствуют себя прекрасно.

Я закричала внутри себя.

Билась в невидимых стенах.

Хотела рвать и уничтожать.

Но меня никто не слышал.

Эйлирия провела полдня, живя моей жизнью, и никто, абсолютно никто не заметил подмены.