Книга Беглянка для золотых василисков, страница 74 – Таша Тонева

Тёмный феникс… Природа фениксов такова, что…

Дочитываю последний абзац уже в каком-то заторможенном состоянии. Я была права, что день неприятных сюрпризов ещё не закончился.

Так вот чего опасался Зир. Вот из-за чего истребили всех фениксов!

Вторая инициация. Если первая пробуждала внутреннюю суть феникса, то вторая определяла его масть. Светлым он будет или тёмным. А я в спальне как раз выпустила чёрное пламя. Тут у любого бы предохранители снесло, знай он историю этого мира.

Значит ли это, что я перерождаюсь в тёмного феникса? Существо, способное разнести полкоролевства при должном настрое?

Почему же Киар так спокоен? Молчит… И Зир тоже…

Подняла глаза на среднего василиска. Он так и продолжал пристально смотреть на меня.

— Я стану тёмным фениксом? — без обиняков спросила я.

— Нет, — ответили братья одновременно.

Киар так ещё и сжал в своих объятьях до хруста.

— Ты им не станешь, — твёрдо произнёс Зир. — Тот раз… Тёмный огонь, он был раньше? Ты его уже выпускала? — напряжённо уточнил он.

— Нет. Это было впервые.

— Хорошо, — как-то сразу расслабился он. — Это хорошо, Тания. Твой феникс вырос, и ты смогла удержаться преждевременного перерождения. Не выгорела… хоть и не знала ничего. Значит, есть все шансы направить инициацию по нужному руслу.

— Как это сделать? — спрашивает Киар за моей спиной.

Его руки уже ослабили хватку и теперь, словно извиняясь, бережно поглаживают мои плечи. Зир смотрит на его руки, потом снова переводит глаза на моё лицо.

— Для второй инициации нужен сильный магический выплеск. Внешний. И соответствующие эмоции при этом. Смерть несёт тёмные чувства. Как и насилие, и пытки… но к этому прибегали реже. Знаешь, как раньше пробуждали эти чувства в молодых фениксах?

Я отрицательно мотаю головой.

— Убивали магией на глазах у готового к перерождению феникса кого-то близкого. Не обязательно из родни. Это могло быть просто животное, к которому он привязан. У них была как раз такая традиция — дарить детям щенка или жеребёнка, чтобы они вместе росли, а потом…

— Достаточно, — резко обрубает откровения брата Киар. — Это лишняя информация.

А мои глаза уже заполнила мутная влажная пелена. Боже, какой жестокий мир!

— Это было в прошлом, — раздражённо мотнул головой Зир. — Это нужно знать, чтобы понимать, почему императору пришлось издать такой указ. Мы почти проиграли, Тания. Империя стояла на краю гибели.

— Я понимаю… — шепчу сквозь слёзы. — Тогда почему вы…

— Не уничтожили тебя? — понятливо усмехается он.

— Да. Вас сдерживает метка? Если со мной что-то случится, то и на вас пойдёт откат?

Я кусаю губы от волнения, но глаза не отвожу. Мне нужно знать ответ. Зачем? Чтобы не строить новых иллюзий, должно быть. Чтобы держать его перед глазами, когда я снова начну поддаваться глупому очарованию.

— Метка нас не сдерживает, — также не отводя глаз, отвечает Зир.

Он медленно начинает обходить стол.

— Я буду честным с тобой, — он делает ещё один шаг и оказывается прямо напротив меня.

Сзади стоит нерушимой скалой Киар, его пальцы снова сжимают мои плечи и тянут к себе.

— Не знаю, как братья, но я первый призову карающее пламя, если увижу, что тёмный огонь берёт вверх над тобой, Тания.

Жёсткие пальцы приподнимают мой подбородок.

— Но до этого момента… — пронзительный взгляд мне в глаза. — До этого момента, если он вообще наступит, любого развею в пепел за попытку причинить тебе вред. Обещаю тебе.