Книга Предначертанная. Часть 2, страница 264 – Шахназ Сайн

Мира ответила с той же пылкостью. Её пальцы вплелись в волосы Ратмира, она крепко обхватила его за шею. Мир уменьшился до крохотного пространства между их телами. И пусть гудели сигналы проезжающих мимо машин, мчалось время, проплывали тяжёлые облака на небе – эта минута принадлежала исключительно им. Двум раненым сердцам, которые не желали терять друг друга и отказались идти на поводу у обстоятельств, обиды и боли.

Когда Ратмир наконец отпустил Миру, его голос звучал по-прежнему хрипло, но глаза… они блестели. Ликовали.

— Как я скучал…

И Мира, с желанием смотря на мужчину, от которого ощущала волну томления, окутывающую душу, снова потянулась к нему, возобновляя поцелуй. Ратмир обвил её талию, прижимая вплотную к себе.

Но когда Мира случайно коснулась его раны и Ратмир поморщился, она оторвалась от его губ и беспокойно ахнула.

— Всё хорошо, – произнёс Ратмир, снова притянув Миру к себе.

Мира прижалась к его плечу, вдыхая любимый манящий аромат парфюма и запах сигарет, чувствуя бешеный стук сердца. Не только его, но и своего.

Ратмир съехал на обочину и включил аварийку.

— Простить меня сложно. Но попробуй. Я так скучала… – прошептала Мира, не поднимая головы.

Губы Ратмира коснулись её макушки.

— Ещё раз так поцелуешь? – он был удивлён, но безумно счастлив.

— Сколько захочешь, – Мира смущённо засмеялась.

Улыбка Ратмира осветила салон. Он снова поцеловал её в висок, и машина плавно тронулась, оставляя позади суетливый мир и всё невысказанное. Впереди была дорога – извилистая, непредсказуемая, но теперь они ехали по ней вместе. Они держались за руки. Их сердца забились в унисон.

* * *

Коридор был длинным и узким, его стены, покрытые тусклой зелёной краской, создавали ощущение удушающей изоляции. Несмотря на то что оттенок должен был быть успокаивающим, он лишь усиливал чувство тревоги, словно напоминал о чём-то неизбежном.

Спешные шаги Миры эхом разносились по помещению. Здесь не было никакой жизни, только холод и одиночество. Где-то вдалеке, за поворотом коридора, раздавался слабый смех – звучал он странно, нелепо и пугающе. За ним слышалось бессмысленное бормотание, которое усиливало напряжение.

Мира следовала за молодой белокурой медсестрой в белом халате, затем они остановились около одной из дверей. Мира невольно поёжилась. Ей стало настолько не по себе от осознания того, где она находилась и что вокруг неё творилось.

Тишина казалась тяжёлой. Медсестра достала ключи, открыла замок, который щёлкнул почти неслышно, и вошла в палату. За ней прошла и Мира.

Аида, пожилая женщина с поседевшими волосами и осунувшимся лицом, опущенным к полу, одиноко сидела на кровати. На ней было простое бежевое платье довольно грубого кроя, больше похожее на мешок для картошки. Волосы были собраны сзади резинкой, которая постепенно сползала.

Взгляд женщины был устремлён в пустоту. Мира не смогла уловить в ней знакомые черты Махиры, но понимала, что перед ней сидела её родная старшая сестра, жизнь которой сложилась не лучше жизни Махиры.

Аида как будто находилась не здесь, а в каком-то другом месте. Её пальцы, нервно перебирающие край одеяла, выдавали внутренний диалог с кем-то. Её глаза непрерывно бегали вокруг точки, в которую были устремлены.

Она даже не шелохнулась, когда вошла медсестра, а за ней появилась и Мира. Её безжизненные, на первый взгляд, глаза выдавали глубокую погружённость в себя.