Книга Предначертанная. Часть 1, страница 193 – Шахназ Сайн

— Тимур. О его смерти я узнал спустя месяц после того, как не стало Лейлы, – признался Ратмир, с трудом шевеля почти онемевшими от напряжения губами. – Насколько мы были близки, настолько же была широка и пропасть между нами. И со временем отношения стали ещё более натянутыми. На следующий день после смерти Лейлы он уехал в Америку, а спустя месяц нам сообщили о его смерти. В вечер пожара я как раз был на вечеринке, которую Диля, его сестра, устроила в честь отъезда брата в Штаты. Но я не сумел его дождаться. Как только мне сообщили о пожаре, я сорвался и поехал туда. – Ратмир, сцепив челюсти, говорил тяжело и прерывисто. – Я не попрощался ни с Лейлой, ни с Тимуром. Это сломало меня. Я не сумел себе этого простить, – произнёс он тихим голосом, наконец посмотрев в карие глаза Миры, наполненные печалью. – За один месяц я потерял двух близких людей, с жизнью которых игрался. Некрасиво и нечестно. До них я потерял родителей. – Голос Ратмира превратился в хрип. – Вся моя жизнь – это одна сплошная утрата…

Мира прижала руки к груди.

Сломленный взгляд чёрных глаз застывшего от напряжения Ратмира говорил о том, что его внутренний мир снова дал оглушительную трещину. Такую, что заставила его сморщиться от боли. Психологической или физической – было уже не так важно. Хотелось задохнуться от этой боли, лишь бы перестать чувствовать разрушительную силу, исходившую прямиком из глубин души.

Всё, что было скрыто внутри, начинало вырываться наружу.

Боль. Тревога. Ярость. Злость.

Сожаление. Понимание. Осознание.

— Останови, пожалуйста, – тихо попросила Мира.

— Мы по трассе едем, – хрипло ответил Ратмир, не отводя глаз от дороги.

Помрачнело не только его лицо, но и небо. Тёмные облака, затянувшие горизонт плотным полотном, предвещали не просто дождь, а ливень.

— Останови, пожалуйста, – повторила Мира, коснувшись его холодной руки.

Ратмир резко дёрнулся, не желая даже малейшего прикосновения к себе – настолько он был сжат в один нервный комок внутри себя.

Заметив боковым зрением, как девушка безотрывно следит за ним, ожидая выполнения своей просьбы, Ратмир нехотя остановил машину на обочине.

— Ну вот что?! – Он раздражённо развёл руками.

— Тебе надо принять прошлое и суметь смириться с ним.

— Неужели?! А я не знал! – Он фыркнул, посмотрев в окно.

Затем, вздохнув и протерев руками глаза, Ратмир попытался говорить как можно спокойнее, но голос звучал всё на тех же высоких тонах.

— Я это и без тебя понимаю. – Его глаза сверкнули. – Если бы я мог, давно уже отпустил бы прошлое, хотя бы для того, чтобы засыпать спокойно. Но я уже давно не знаю, что такое покой. И, видимо, уже не узнаю. Мира, – он впервые за всю дорогу обратился к ней по имени, и прозвучало это мягко, несмотря на повышенный голос. Девушка невольно вытянулась в струну. – Я не такой сильный, как кажется со стороны. Мне не удаётся справиться ни с паническими атаками, ни с прошлым, ни с настоящим. – Заметив, как Мира смотрит на него взглядом, полным сочувствия и понимания, он взревел: – Прошу, не смотри так! Ты не можешь понять, что я чувствую, и тем более не можешь знать, как мне помочь!

Девушка поджала губы, молча смотря на его лицо, раскрасневшееся от злости. Бледность исчезла, не оставив и следа.

Голос Ратмира переходил не просто в крик, а в вой дикого зверя, подстреленного на своей территории.