Книга Предначертанная. Часть 1, страница 249 – Шахназ Сайн

— Ты был в день пожара с Лейлой? Эти шрамы у глаз, они ведь от огня?

Взгляд, который ничего, кроме глубочайшей пустоты, не выражал, вдруг наполнился удивлением. Или это ей показалось?

Паника, которая пару минут назад связала внутренности в тугой узел, отошла на второй план. Как же сильно Мире хотелось хоть в чём-то получить ясность и суметь понять, что же на самом деле произошло в тот вечер.

Снова послышался лёгкий смешок.

Мира хотела сделать шаг назад, но вспомнила, что была прижата к перилам. Он, заметив это, сделал ещё один небольшой шаг к ней. Крик застрял в её горле.

Она оглянулась через плечо на тихую Фонтанку, не понимая, что лучше: её холодные воды или человек, который почти вплотную подошёл к ней, заставив сжаться в клубок.

— Ты прямо как она, – произнёс он, прикрыв глаза и напоминая одержимого.

В каждом его движении ощущалась резкость, молчаливый крик, отталкивающая тревожность.

Мира боялась пошевелиться.

— Но я не Лейла, – наконец произнесла она потрескавшимися губами. Жажда сковала горло.

— Да, ты не она. Но кто-то должен ответить за случившееся. Иначе в чём заключена мирская справедливость?

— Ответить за что? – спросила Мира, посмотрев ему прямо в глаза. Определить цвет глаз сразу не удалось, это была странная смесь серого и зелёного, создавшая интереснейшее сочетание безумства и нежности. Одно перетекало в другое.

Алан нагнулся к уху девушки и приставил к её животу холодный металл оружия.

«Пистолет», – подумала Мира, боязливо опустив взгляд. Кровь застыла в жилах.

Возможно, именно в эти секунды она могла потерять жизнь. И то, что когда-то было важно для неё, то, что приносило радость и тихую грусть, могло запросто в одно мгновение перестать иметь значение.

Жизнь могла оборваться в любую секунду.

В любую.

Секунду.

— Тимур-Алан, ты любил Лейлу. Почему не спас её? Почему позволил умереть?

Мужчина слегка наклонил голову набок, с лёгким интересом он заглянул в смелые глаза Миры. Если бы он не видел, как она дрожала и заламывала на груди пальцы, то принял бы её за отчаянного храбреца.

Но то, что она сказала после, неожиданно выбило почву из-под его ног:

— Почему, когда Лейла призналась тебе в чувствах, ты отверг её?

Он сделал глубокий вздох, словно начал задыхаться. Правая рука сжалась в кулак.

— Да что ты вообще знаешь? – сказал он сквозь зубы. Взгляд становился мрачнее и безумнее.

— Многое, – ответила она низким тоном. – Я абсолютно уверена, ты был в день пожара рядом с Лейлой. И мог помочь ей. Но она умерла, а ты жив. Значит, ты или не смог помочь, или же… – она сделала небольшую паузу, чувствуя, как ноги становятся ватными, – не захотел.

Переварив услышанное, мужчина нагнулся к её уху и прошептал:

— Откуда в такой милой головке такие интересные выводы?

— Шрамы, – не задумываясь ответила она. – Твои шрамы мог оставить только огонь. Боже мой… – она ладонью прикрыла рот, осознавая весь ужас произошедшего. – Думаю, это было очень больно, – еле слышно прошептала она.

Сложно было понять, что творилось под маской на лице Алана, но ни глаза, ни мёртвый взгляд не дрогнули.

— Это было адски больно, – подтвердил он через паузу.

Несмотря на то что Алан продолжал прижимать к животу Миры дуло пистолета и в любой момент мог выстрелить, оборвав её жизнь, сама она не поняла, откуда в ней возникала эта странная смелость, на которую чуть раньше не было и намёка.