Книга Предначертанная. Часть 1, страница 280 – Шахназ Сайн

Алан сел в кресло, сжав губы в тонкую едва различимую линию. Устало проведя пальцами по глазам, он хрипло завыл. Ему было больно, и он ничего не мог с этим поделать.

— Я попытался вызвать пожарных, но, услышав крик Тимура, побежал за ним. Только вот… – Ком в горле не позволил договорить. Глаза, которые почти всегда ничего не передавали и казались безжизненными, закричали с такой бешеной силой, что Миру передёрнуло.

Она закрыла рукой рот, широко раскрыв глаза от ужаса. Алан говорил, и душераздирающая картина молчаливо проносилась между ними, заставляя одного задыхаться от боли, а другую оцепенеть от кошмара прошлого.

— Ты не смог его спасти и сам…

Он опустил голову, смотря на свои уродливые руки.

— Я помню, как огонь пожирал моё тело, проникая в ткани. Одежда намертво прилипла к коже. Как глаза слезились от дыма и лёгкие разрывались от запаха гари. Я нашёл его на первом этаже, у лестницы, с разбитой головой. Я изо всех сил тащил его тело без сознания, лишь бы…

— Спасти, – закончила Мира.

Алан посмотрел девушке прямо в глаза, бесстрастный взгляд становился невыносимым. Она не понимала, как человек мог одновременно выражать пустоту и душераздирающую боль.

— Брат не раздумывая отдал бы жизнь за Лейлу, пытаясь найти её. Но огонь к тому времени сделал своё дело. Шансов не было, – голос Алана дрогнул. – Тимур пошёл на верную смерть.

— И ты последовал за ним?

— Да. – Алан выдохнул, чувствуя, как в груди стало тяжелеть. Будто вскрыли рану и начали руками бередить каждый миллиметр. – Как я мог поступить иначе? Тимур сделал всё, чтобы оказаться рядом с Лейлой даже в последние секунды её жизни. Она так и не поняла, что те мгновения он разделил с ней. – Он громко выдохнул, чертыхнувшись. – Её тело нашли на втором этаже, он не успел подняться к ней, на него что-то упало. Я помню, как вытащил его, но уже мёртвого. А потом и сам потерял сознание.

Повисло молчание.

Невыносимое, жуткое, тяжёлое молчание.

Она услышала, как Алан судорожно сглотнул, пытаясь дышать.

— Это чувство, когда ты хоронишь единственного дорогого тебе человека, знаешь, какое оно?

Она отрицательно качнула головой. Слёзы наворачивались на глазах, в носу щипало. Алые губы задрожали.

— Вот тут, – он указал на сердце, – невыносимая боль. Как в первый день, но ведь прошло уже пять лет. И теперь я – некое безликое и безродное «существо» под именем Тимур-Алан, лжесын Мурада Давидовича. Отцовскую любовь, которую мне не удалось заслужить, будучи Аланом, я вдруг начал видеть в шкуре Тимура-Алана. Какая ирония судьбы, да? – Его губы скривились в подобии печальной усмешки. – Я потерял не только старшего брата, но и собственную жизнь. И теперь проживаю лжепериод, когда нужен отцу. Вот только он мне уже не нужен. Я не присутствовал на похоронах Тимура. Долго находился в отключке и ещё дольше восстанавливался. И потом, когда мне кое-как удалось встать на ноги, я уехал за границу.

Мира, утерев скатившиеся с глаз слёзы, спросила:

— Но как ты вышел на меня?

— Птички нашептали, что отец начал слежку за некоей девушкой по имени Мира. Я сразу почувствовал неладное, потому что прекрасно знал старого хищника Мурада Давидовича. Он будет терпеливо ждать шанса, чтобы расквитаться с семьёй Лейлы не только за гибель сына, но и за подорванное сердце.