Книга Песнь сердца и пепла, страница 116 – Анастасия Левальд

Это повторяется. Все, что произошло в день ее восемнадцатилетия, происходит еще раз, и на этот раз она была не уверена, что Аксонис так легко успокоится и перестанет крушить и убивать.

— Почему он не слушается? – в панике обратился отец к Юфеймиосу. – Хью, я тебя спрашиваю!

Голос его дрожал, лицо исказилось от страха, и казалось, что сейчас Властителя больше не заботило спасение мира.

Авила не понимала, почему Аксонис вышел из-под контроля. Она положила руки на перила балкона и пыталась рассмотреть в небе Тайро. Неужели он решил убить Флавия? Это его рук дело? Сила фойтийца, как говорил сам Тайро, способна на приручение дракона, они одной крови, они связаны. Страха не было. Не такого, как тогда, когда она оказалась одна напротив дракона, когда ее спас Юфеймиос. Сейчас она страшилась не смерти, а того, кто станет ее убийцей.

— Я не знаю, – развел руками Юфеймиос.

Он легко перепрыгнул через перила балкона и полетел в сторону Аксониса. Из его рукавов образовались толстые цепи, которыми он пытался заковать дракона, но у него ничего не получалось. Аксонис с легкостью их откидывал или разрывал на кусочки и не давал волшебнику даже приблизиться к себе. А когда у Юфеймиоса все же получалось обмотать цепями лапы или рога, Аксонис тут же опалял их огнем и цепи рассыпались на мелкие обугленные песчинки.

— Это все он, – шептал Властитель, – только фойтиец может подчинить себе дракона в обход ключей, – в панике бормотал отец, пятясь назад. – Атрей!

Тайро не мог направить дракона на мирных людей. Авила не верила словам отца, но все равно искала его взглядом поблизости. Она видела, он куда-то торопился, его что-то беспокоило во время их прощания, но что именно, она не могла понять, не могла прочитать в глазах его желания.

— Атрей. Убей дракона! – просипел отец.

— Что? – Авила развернулась к отцу. – Он последний! Если он умрет, в мире начнется катастрофа! – Ее сердце замерло, а разум отказывался верить и принимать новую действительность – Властитель, борющийся за возрождение драконов, готов убить последнего ради своего спасения. Стало быть, все, о чем говорил Тайро за столом, – правда?

— Ты вздумала меня учить? – отрезал отец.

Юфеймиос получил удар массивной лапой и отлетел к Дому Советов. С шумом ударившись спиной о каменную стену рядом с балконом, он упал на землю и не шевелился. Авила смотрела на него сверху и ждала, когда он поднимется, но этого не происходило. Дракон в одночасье оказался перед балконами и уже готов был атаковать. Мощной лапой он снес верхний этаж. Камни попадали на балкон, давя стражников и прислугу.

Авила побежала в укрытие следом за отцом, рванувшим к выходу первым. Он не оборачивался на нее, и казалось, его заботило лишь собственное спасение. На полу, вдоль порога, заискрились яркие вспышки света. В одно мгновение из них образовался белый огонь. Он заблокировал остаток прохода среди камней, через который можно было вернуться в здание. Из-за камнепада Авила потеряла равновесие, упала и попыталась укрыться у стены. Она скрючилась, склонила голову, закрыв ее руками. Дрожь не прекращалась, поднимать взгляд было страшно. Она в ужасе ждала, когда один из камней настигнет ее и она больше никогда не почувствует боли, но этого не происходило.

— Флавий! – раздался истеричный голос, когда грохот булыжников прекратился.