Книга Песнь сердца и пепла, страница 121 – Анастасия Левальд

— Авила! – яростно кричал Властитель, прося ее о помощи.

Она пыталась заглушить в себе крик вины. Горячие слезы стекали по щекам. Авила прикрыла глаза и прислонилась лбом ко лбу Тайро, начиная шептать заклинание. Она помнила о самой важной способности эфирных магов – они в состоянии передавать не только свою магию, но и жизненные силы другому человеку или существу, волшебные частицы их крови, в которых таилась сама магия.

Решение спасти жизнь Тайро, а не отца далось сложно, но сердце желало именно этого, а разум подтверждал: Тайро тот, кто сможет спасти мир, он тот, в ком мир нуждается. Аксонис погиб, эра драконов завершилась на ее глазах, мир встал на дорогу саморазрушения, и единственным оплотом первозданной магии мог выступать лишь Тайро, но обо всем этом она думала только сейчас, когда выпускала частицы своей жизни из тела и направляла в Тайро. Когда же она приняла это решение, она думала о нем не как о спасителе мира, а как о спасителе ее души. Бурлящий, агонический крик Флавия прекратился – он погиб. Правление тирана подошло к концу.

— Я сделал это! – воодушевленно прокричал Райко и вынул из Тайро клинок под протяжный стон и обильное кровотечение.

Авила подняла на него взгляд, все еще обнимая Тайро. Он сильно ослаб и не мог держать равновесие, потому упал ей на грудь.

— Лечи-лечи, – усмехнулся Райко и схватился за голову, протяжно прошипев: – А потом я убью и тебя, принцессу ублюдков.

Ему больно? Но Тайро не нанес ни одного удара. Авила крепче прижала к себе тело любимого, стараясь отдать ему как можно больше сил. Разрыв на крыльях постепенно затягивался, но этого было мало и слишком медленно.

Отрезвевший от ярости Райко перевел взгляд с нее на тело дракона и… заплакал? Авила ужаснулась и затаила дыхание. Что будет дальше? Где волшебник, где Атрей? Она искала взглядом хоть кого-то, но вместо этого видела только полыхающее поле, тело мертвого дракона, кровь и пепел. Она не сможет дать отпор Райко. Страх встал комом в горле, она боялась даже дышать, лишь бы не привлекать внимания.

В глазах темнело – жизненные силы покидали ее, но несмотря на это, Авила не прекращала исцеление Тайро. Последнее, что стояло перед ее взглядом, пока тьма не поглотила сознание, – мучительная гримаса боли на лице Райко.

Райко не мог поверить, что месть, которая ранее казалась ему недосягаемой, была исполнена и погребена вместе с Властителем под завалами обрушившегося здания. Но чувство радости и благоговения быстро улетучивалось: дракон мертв, а его брат бездыханно лежал в луже собственной крови. Девушка, которая пыталась его исцелить, опала рядом без сил. Он, мстя за истребление своего народа, собственными руками чуть не убил последнего выжившего фойтийца, своего родного брата.

Резко вернулась головная боль. Ощущалось, будто черви лезли к его мозгу, пожирая дорогу перед собой. Он скривился от боли и схватился за волосы, но тут заметил блик, исходящий из руки Тайро. Сквозь боль он наклонился к источнику свечения. Тайро зажимал в руке маленький хрустальный шарик, внутри сияющий бирюзовым, свет от него и заметил Райко. Шар памяти.

Недолго думая, Райко забрал его и поднялся. Желание убить девушку рядом росло, и он сделал шаг к ней, однако боль вернулась с еще большей силой. Действие Дарующей воды прекращалось, времени осталось слишком мало. Час близился к завершению. Райко вспорхнул в небо, улетая в сторону Лесничьего городка: спешил вернуться в дом, где его приютила небольшая, но слишком доверчивая семья. Они даже не знали, кто живет с ними под одной крышей. Он все равно их убьет, когда они перестанут быть полезны, когда он получит желаемое.